Возможна ли реставрация архитектурного наследия?

На SREDA.UZ  21.5.2019г. опубликован фоторепортаж «Мимоходом мимо сноса«. В нем сказано, что лет тридцать тому назад часть старого Ташкента у Алайского базара была определена как заповедная зона, подлежащая реставрации и сохранению в качестве архитектурного наследия начала XX века. Сейчас район идет под снос. Эта публикация вызвала активное обсуждение в фэйсбуке. Считаем нужным разместить комментарии как послесловие к публикации. В дополнение — еще несколько фото.

===============================

На улице Папанина жил дед моей жены.

Мой любимый домик… и пусть он такой страшненький снаружи — мне 51 год и каждый год все время ходили и переписывали — типа ломать будут… Моей маме 81 исполнился. Когда она вышла замуж за моего отца и пришла сюда жить к свекрови и мужу, тоже каждые 3 года ходили переписывали для расселения и слома. Поэтому толком ничего и не ремонтировали. Канализация есть, холодная вода есть, титаны стоят для горячей воды. Высота потолков 4 метра, контрамарки на газе для отопления.

 Он далеко не страшненький, с моей точки зрения. Меня совершенно не греют новые дома, но каждому — своё. Я проживала по улице Каблукова, это мой родной район и каждый сохранившийся дом меня радовал и согревал.

Мне этот дом всегда очень нравился. Не то что современные безликие этажки. А от этого дома всегда шло какое-то тепло, лично для меня. И для меня, и для многих. У каждого дома своя незабываемая история.

Добрались…слов нет.

Чиновники ездят по всей Европе. Неужели же они ходят там по современным кварталам. Их же тянет на старину, побродить по старым улочкам Германии, Голландии, Чехии. Разве не так?!

 Так.Вот туда и будем ездить побродить.

Какими же безграмотными надо быть, чтобы сносить такие дома, у меня нет ни одного приличного слова!

Напрасно вы так. Там ужасные условия. У меня несколько друзей там живут. Они молятся, чтобы их снесли. И ждут уже лет 20. Все эти дома разваливаются в буквальном смысле. Если их переселят, они буду счастливы. Воду люди сами проводят. Канализации нет. У знакомой унитаз уже почти проваливается в яму выгребную.

Люди во дворах живут тесно. И все по разному. Кто-то обустроил свое жилье, кто-то жизнь прожил в ожидании сноса. И в нашем доме и дворе на Ульяновской так было. Кто хотел, сделал и водопровод, и канализацию. Кто не хотел, ходил в общественный туалет. Но на излете СССР, когда сносили наш дом и постройки во дворе, все получали квартиры ДАРОМ в зависимости от количества прописанных. Поэтому особенно не сопротивлялись сносу. Все переехали в новое жилье и улучшили свои условия жизни. План реконструкции восьмидесятых годов предполагал расселение дворов, если это необходимо, но сохранение улиц и фасадов, облика старого Ташкента. Сейчас просто снос, стирание с лица земли старого города.

 А ведь можно было не уничтожать район Дархан под безликие коробки. Можно было возвести точные копии этих особняков, создать исторический центр, запустить прогулочный трамвай, воспроизвести атмосферу прекрасного Ташкента, мостовые с кафе и пекарнями, банки, хостелы и бутики. Как много бы выиграл город! Как могла бы пополняться городская казна! Сохранили бы историю туркестанского модерна, создали бы множество рабочих мест, предоставили бы предпринимателям под программу кластера воспроизвести и использовать здания, а жителям улучшить свое жилье взамен на ветхий фонд. Налицо факт нерационального отношения к архитектуре и облику города. По всему миру культивируются исторические центры, бережно сохраняются или воспроизводятся.

А ведь так и планировалось.

Как можно посягать на старину? В этом районе каждый дом самобытен. Город полностью утратил свой облик. И процесс продолжается.

Только ностальгировать остаётся. Счастливы покинувшие наши края. Им горевать не о чем.

Нужно не ностальгировать, а объяснять ценность архитектуры в истории развития. За четверть века все забыли про реставрацию, исчез целый Институт, налицо развал в этой сфере, бездействие городских властей в осуществлении реновации города. Изуродованы «евроремонтом» много зданий. Примеры? Консерватория, МинЮст и другие здания которые, между прочим, находятся в реестре охраны.

 A дом Сергея Бородина тоже попадает под снос?

Здание дом-музей Сергея Бородина, как и дом Юлдаша Ахунбабаева напротив, находятся в охранном реестре.

Сейчас все ценности продаются…

Какая историческая ценность? Там дома действительно очень старые и неухоженные! Наверное, из-за того, что 30 лет на красной линии, люди ничего и не делали и не облагораживали территории! Это вы считаете исторической ценностью!

Полностью согласна. Люди там не были, а тут обсуждают. Там все разваливается.

Где Вы видели, чтоб в историческом центре Амстердама, Праги или Парижа люди «делали»: белили и красили!? Для этого есть мэрия и программа содержания наследия, нам фонды выделили траншы на реконструкцию города. «Наше все» — наскоро пробелить дешевой краской до нового дождя проезжие улицы. Главное, чтоб гости проехали, а там хоть развались. Нет программы реконструкции и реновации жилого фонда. Очень было выгодно довести все до состояния ветхости. Алмаз в пыли не утрачивает своей ценности, булыжник, как не покрывай алмазной пылью, бриллиантом не станет.

Пройдитесь там для начала, а потом съездите в Амстердам, Прагу или Париж и сравните конструкции и материалы их и наших домов, которые тупо размывает от дождя. Чем ценны эти развалины? Тем, что в чей-то дом захаживала известная или историческая фамилия? А если эта личность захаживала, пардон, в деревянный толчок, его тоже отнести к списку ЮНЕСКО? Булыжник, конечно, алмазом не станет. Но во всяком случае он не развалится сам по себе, как прогнившая с годами глина. Да и фундамент из булыжников лучше получается, чем из алмазов.

Дома ценны оригинальным стилем — туркестанским модерном. Нужно разбираться во всем этом, чтобы оспаривать. Я жил в Париже. Прага и Амстердам мне знакомы не понаслышке. Эти развалины были кварталом особняков элегантного века, эпохи. Их довели до такого состояния своим бездействием городские власти. Париж ведет огромную работу по поддержанию зданий в том виде, в котором вы их видите. Реставрирует фасады один за другим. Там в голову не придет снести исторический квартал и заполнить его уродливыми коробками под названием «элитное жилье». Дрезден восстановили после бомбардировки. Тель-Авив восстановил целый квартал конструктивизма. Скажите, а что восстановили в Ташкенте или Самарканде? Только уничтожают остатки наследия.

Во-первых, есть большая разница между европейцами и нами в части отношения к культурному наследию. Что при Союзе, что, тем более, сейчас. Этими вещами никто толком по серьезному, как «у них», не занимался. Во-вторых, и это априори, никто у нас и подавно не будет восстанавливать эти, по большей части, утраченные особняки, как рьяно бы вы о них не пеклись. Поэтому им уготованы два пути. Первый невыполнимый (читать выше). Второй проще и дешевле. Что выберут власти – очевидно.

В Тель-Авиве есть прекрасный старый-старый квартал мастеров. Весь отреставрирован, каждая улица носит название знака зодиака, на ней живут богатейшие люди. Это ювелиры, художники, скульпторы, мастера по металлу!!! Эти дома, по виду средневековые, старинные постройки, у них на вес золота. Они не только живут там, но у них там мастерские и магазины — выставки. Красота невозможная!!! У нас просто не те мозги, что у евреев, к сожалению!

Я был в Тель-Авиве. И в Иерусалиме тоже.

Наверняка Вы не путешествовали, чтобы увидеть жилой массив грязно-песочных новостроек. Разница в отношении к архитектуре — признак культурной деградации. Поэтому нужно работать над недостатками, восстанавливать и менять взгляды.

Я работала археологом в Ташкентском институте реставрации и очень болезненно отношусь к этим сносам, да еще и училась в 43 школе, там, где сейчас идет этот беспредел… Больно.

Поскольку идея создания красной заповедной зоны с реставрацией и с сохранением культурного наследия дальше слов особо не продвинулась, то, естественно, приоритеты сменились. Вы пишете об этом, но почему-то не хотите сказать, что прежние городские и районные властители ничего этого не сделали. Вместо этого там появились странноватые точки общепита в нулевых. На мою память, там только Дом Есенина приведён в порядок. Там еще есть дом какой-то религиозной общины. Что еще? Что там заповедного еще должно было быть? Автор поста, будьте любезны, пожалуйста, подскажите публике факты, удостаивающие этот райончик звания красной заповедной зоны, с ее границами. Иначе ваш пост схож (надеюсь я ошибаюсь) на вброс. Полагаю, нужно к этому обсуждению привлечь представителя районного хокимиата, чтобы он дал развёрнутый ответ на ваш пост.

Хокимият не несет функции оценки зданий с точки зрения культурной ценности, к счастью. На улице Лашкарбеги как минимум два здания находятся в реестре культурного наследия.

Свою статью с заключением и аргументами Института реставрации я нашла. Сию секунду не могу ее представить. Надо набрать на компе, чтобы читалась. Сделаю. Почему предложения Института реставрации не реализованы? Кто забыл, что в 1991 году страна развалилась? Где тот институт и другие? Закрыты.

Если есть объекты, занесенные в реестр, то кому следует адресовать вопрос об их сохранении в случае масштабного строительства?

А ведь можно ничего не строить, а сделать из города музей-заповедник начала XX века — еще тигров напустить для исторической достоверности…😁

Тигры водились на Болгарке и дальше в сторону Куйлюка. На Чиланзаре тоже были, вплоть до Камалонских ворот.

Тупизм границ не знает. Деньги в землю своими действиями зарывают, нет своего ума, найми!

У нас все делают, чтобы Узбекистан стал туристической страной. Куда едут туристы обычно? Обычно они едут туда, где красиво (исторические памятники), или туда, где море, океан, горнолыжные курорты. Ради чего ехать туристам к нам? Город как город, чего на него смотреть? Все историческое сносим, моря нет. Есть горы. Наши горы не хуже Альп. Почему бы не оставить исторические части городов Узбекистана и не построить отдельные «новые города»? Ведь вкупе: историческая часть городов, плюс крутые горнолыжные курорты для туристов — это же будет самое что надо?!!

К вам едут смотреть на Самарканд, Бухару, Хиву и древний Ташкент, а горы — это не то. У нас горы есть тоже, но не едут иностранцы из-за гор, им нужны древние города.

У нас все древнее сносится. Скоро смотреть не на что будет.

Реставрация — это долго. На привлечение туристов, обучение персонала и прочее надо много денег, усилий и времени. Зачем журавль в небе? Лучше синица в руках. Быстрые деньги. А после нас хоть потоп.

Именно так. Меркантильный подход. И по себе же и судят о народе.

Сегодня узнала, что здание Минэнерго тоже хотят сносить и школу № 50. Какая-то кампания по сносу зданий. Министерство народного образования опровергает снос школы № 50. Кому верить, неизвестно.

Наше нынешнее время — время дикого капитализма, где ценностью является материальная составляющая. При Каримове этот процесс шёл очень медленно, в основном, в части разрушения промышленных предприятий. Сейчас — следующий этап. У нас скоро не останется ничего исторического.

На фото второй дом слева — мой дом, в котором мы жили 20 лет, были очень счастливы. Всегда одолевает волнение, когда вижу эти четыре дома у площади Хамида Алимджана.

Такие домики сносят, это ведь домики музейные экспонаты, фасад сделан очень красиво и дома добротные, их бы отреставрировать и для туристов место старины, чудо.

Люди, вы такие смешные. Этот район Ташкента потихоньку уже лет 25-28 сносят. То один кусочек, то другой. Хотя там практически каждый дом — история. В соседнем от меня доме жил в своё время Акмаль Икрамов. После независимости в его честь даже всю улицу переименовали. Дом Акмаля Икрамова снесли в 2008 году, кажется. «Это — не история». Гордиться советскими деятелями узбекского происхождения власти постеснялись. Ну, это понятно. Я уже сто раз писала, что власти наши страдают обычным чудовищным комплексом пост-колониальной страны. Хотя с чего бы страдать? Остались с заводами, фабриками, инфраструктурой, больницами, детскими садами, школами. Просто бери, что осталось, и развивай! Но нет, все надо разрушить, довести до ручки, растащить, украсть и продать. И это уже классика. Смотрю на происходящее и понимаю, что как недалеко мы ушли в своём развитии от африканских стран. Понты корявые — это наше всё, такого в Африке не увидишь.

Нещадно рубят древесные памятники культуры Ташкента . Отдали землю иностранным застройщикам. Спросил: «Что, у вас нет сердца? Вы не хотите свежего воздуха для будущих новоселов построенных жилищ?» Ответ обескураживающий. «Нам дали мало территории, вот и приходится рубить, проезжую часть дороги занимать». А что, для них строительных, санитарно- гигиенических, экологических норм не существует? Вопрос депутатам-экологам: почему не прислушиваетесь к людям?!

Адресуйте вопрос к компетентным организациям. Фейсбук вам не поможет особо.

С другой стороны улицы Пушкинской, где парк Тельмана, 18 школа и завод Ильича, находится не менее заповедная зона — дворянское гнездо Туркестана. Оно тоже постепенно сносится и застраивается. Ещё можно спасти остатки.

В статье из восьмидесятых о выводах Института реставрации по результатам обследования старого Ташкента есть веские аргументы, почему надо сохранить.

=======================================

На этом пока закроем обсуждение. Необходимо и в самом деле ознакомиться с аргументами архитекторов из Института реставрации. 

SREDA.UZ

Фото Наталии ШУЛЕПИНОЙ 

 

 


Добро пожаловать на канал SREDA.UZ в Telegram


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Еще статьи из Фото

Партнеры