Чем опасны китайские экологические инновации на деградированных пастбищах Узбекистана?

Китай с его идеей «Один пояс, один путь» как будто бы протянул могучую руку помощи самым разным странам. Однако помощь эта при ближайшем рассмотрении может оказаться небезопасной в  экологических и землеустроительных программах.

Воздушный коллапс

Стало известно, что китайская корпорация M-Grass Ecology And Environment Groupпримет участие в восстановлении деградированных пастбищ и борьбе с опустыниванием земель в Узбекистане. Корпорация подписала соглашение о сотрудничестве с узбекистанским Green University. Документ предусматривает не только реабилитацию земель, но и развитие совместных проектов в области выращивания семян и саженцев, а также внедрение современных технологий в экологической сфере.

Что тут хорошо и что плохо? Безусловно хорошо само намерение восстанавливать земли и бороться с опустыниванием. А что плохо?

Плохо то, что в Поднебесной парадоксальным образом соединяются агрономические таланты со способностью в кратчайшие сроки губить все живое. Безответственный выпас скота, вырубка лесов и нерациональное земледелие привели к опустыниванию и пыльным бурям, которые захватили том числе и столицу КНР — Пекин. Забор воды для промышленных нужд привел к частичному или полному пересыханию рек, серьезнейшим образом пострадала даже вторая великая река Китая — Хуанхэ.

Загрязнение почв отходами шахт, химических и металлургических заводов стало причиной появления так называемых «раковых деревень», где люди массово заболевали онкологическими болезнями. Те же самые отходы стали причиной заражения водоемов и водных артерий. Загрязнение воздуха в Пекине в январе 2013 года достигло такого уровня, что для него придумали специальное слово «аэроколлапс». 

Конечно, можно сказать, что Китай нынче уже не тот, что прежде, и руководство КНР уже больше десяти лет как объявило решительную войну загрязнению. В общем и целом это так, когда касается Китая. Когда речь идет о чужих природных богатствах, часто иное. Известны случаи, когда в результате деятельности китайских компаний другим странам наносится экологический ущерб. В этом плане показательна, к примеру, история с загрязнением Амура в ноябре 2005 года.

Агрессивно-чужеродные

В защиту китайцев можно сказать, что они не первый год реализуют экологические проекты. Самым известным считается проект «Три северных защитных пояса», или, иначе, «Зеленая Великая стена». Эта программа направлена на восстановление лесов и создание природного барьера на севере Китая для борьбы с опустыниванием и эрозией почв.

Великая зеленая стена в Китае. Фото с сайта businesstoday.in

Однако выяснилось, что и здесь есть серьезные неблагоприятные последствия. Так,  лесопосадки во Внутренней Монголии привели к изменению водного баланса: доступные запасы влаги ощутимо сократились. Иными словами, борьба с песками в одном месте усилила водный дефицит в другом.

Учитывая, насколько остры проблемы с водой в Узбекистане, поневоле забеспокоишься. Крупномасштабное восстановление пастбищ, которое планируется M-Grass в союзе с Green University, требует значительных водных ресурсов, которые и так уменьшаются из-за изменения климата.

Если реализация китайско-узбекистанского проекта пойдет по уже известным лекалам, это вызовет нехватку воды и структурные проблемы: за воду начнут конкурировать сельское хозяйство, промышленность и население. При этом равномерное распределение воды проблемы не решит — ее будет не хватать и тем, и тем, и этим.

При реализации подобных проектов должны применяться водосберегающие технологии. Но дело это нелегкое, недешевое и не факт, что китайцы захотят этим обременяться без дополнительного финансирования. Подобные экологические программы требуют больших вложений, а получение от них сколько-нибудь существенной прибыли — дело довольно далекой перспективы.

Встает вопрос: а зачем же тогда китайской M-Grass это надо? Понятно, зачем это руководству Узбекистана, но зачем это частной китайской компании? 

Ответ на этот вопрос следует искать в специализации M-Grass. Известно, что компания занимается восстановлением экосистем и разработкой семенных технологий. Отдельным направлением ее деятельности является реализация семян и продажа удобрений. И вот тут-то становится понятно, что совместный с Узбекистаном проект — отличный случай применить свои технологии, в том числе семенные.

На практике это значит, что восстанавливаемые земли могут быть использованы компанией как полигон, на котором в реальных условиях будут проводиться не только ландшафтные, но и биолого-ботанические эксперименты. Встает вопрос — каких последствий можно ждать от таких экспериментов?

Когда земли рекультивируют, их обычно засеивают теми или иными растениями, которые позволяют восстанавливать почву или прекращать опустынивание. M-Grass может использовать генно-модифицированные растения, а также саженцы и семена, которые уже хорошо показали себя в других местах. И тут заложены серьезные риски, а именно вытеснение местных растений инвазивными, то есть агрессивно-чужеродными. Такое вытеснение нанесет непоправимый ущерб местному биоразнообразию и приведет к критическому нарушению природного баланса.

Технология технологии рознь

Проблема в том, что некоторые ошибки совершаются легко, а исправлять их очень трудно. Иной раз исправление таких ошибок требует многих десятилетий, если они вообще могут быть исправлены. Яркий пример — всем известный борщевик Сосновского, которого завезли с Кавказа в Подмосковье, чтобы использовать на корм скоту. Борщевик одичал, стал захватывать огромные территории, превратился в своего рода суперсорняк. При этом изначально цель его переселения была благая — кормить скотину. Это типичный случай внедрения инвазивного (чужеродного) вида, который агрессивно захватывает территорию, вытесняет местных обитателей и нарушает экосистему.

Это тот случай, когда сделанное крайне сложно исправить. Подобные случаи встречаются и в Китае. В качестве примера можно привести водяной гиацинт, кордграсс, паслен колючий и другие инвазивные растения, борьба с которыми представляет серьезную проблему.

Для Узбекистана важно, чтобы высаживаемые виды были адаптированы к засолению и засухам и не нарушали естественный баланс местных экосистем. Обыватель скажет: ну, они же там не дураки, они знают, что и как сажать. Но даже на сверхмощном компьютере спрогнозировать все риски невозможно. 

В таких случаях общественное беспокойство  нейтрализуется фразами вроде «особое внимание было уделено внедрению инновационных технологий и научных разработок в сфере лесного и пастбищного хозяйства». Обывателю кажется, что инновационные технологии — это всегда хорошо.

Но за словами «инновационная технология» может прятаться технология еще непроверенная или проверенная недостаточно. Земли Узбекистана могут быть использованы как полигон. Следовательно, без экспериментов не обойтись. Как далеко зайдут эти эксперименты, насколько будут удачны?

Могут, конечно, сказать, что земли эти в настолько плохом состоянии и деградация их настолько катастрофическая, что терять уже нечего, хуже не будет. На самом деле это не так, может быть и хуже. А может и лучше, если выбрать правильную стратегию. Вопрос, будет ли китайская стратегия правильной. Это в первую очередь зависит от цели, а цель M-Grass, вероятнее всего, — проверка технологий. Принимающей стороне надо заранее озаботиться возможными неблагоприятными последствиями.

Чтобы избежать неясностей и неприятных последствий, правильно было бы в подобных ситуациях выносить на обсуждение общественности наиболее важные пункты договора. Хотя бы затем, чтобы прояснить, кто и какую несет ответственность в случае неудачи.

Источник — Fergana.media

На SREDA.UZ текст приводится с некоторыми сокращениями.