Слово замхокима Ташкента

Достиг пика конфликт интересов жителей, защищающих городские дворы типовой застройки, с одной стороны, а с другой — махаллинскими комитетами, районными хокимиятами и застройщиками.

 

 

Жители соседних многоэтажных домов, которые прежде друг друга не знали, сплачиваются, изучают законодательство, подписывают коллективные жалобы в инстанции всех уровней, судятся с застройщиками.

Они наизусть цитируют статьи Градостроительного кодекса Республики Узбекистан, в которых четко прописано, что дворы типовой застройки,  а это практически весь многоэтажный Ташкент, дополнять новыми зданиями нельзя. Они обвиняют хокимияты — от районного до городского — в том, что принятый во благо Указ Президента «О мерах по дальнейшему совершенствованию института махалли», они обратили во вред. Районные хокимияты, руководствуясь решением бывшего хокима Ташкента, не считаясь с мнением жителей, буквально в одночасье землю, являющуюся придомовой территорией согласно Жилищному кодексу и не подлежащей «дарению» или «раздаче», подарили застройщикам со всеми правами собственности на возводимые объекты.

Граждане реально стали собираться на сходы. Слово «митинги» использовать в этой ситуации неприемлемо. Но если надо собраться на сход для защиты двора, это делается в три секунды. Так было 6 июня в центре столицы (квартал Ц-7, махалля имени Шарафа Рашидова), когда разнеслась весть об ожидаемом приезде первого замхокима Ташкента по вопросам развития промышленности, капитального строительства, коммуникаций и коммунального хозяйства Нодыра Максумова. Нет сомнений, что если бы чиновник назначил время приезда часом позже, собралась бы на встречу не сотня, а сотни человек.

 

Что предшествовало посещению жилого массива у пересечения улиц Чимкентская и Буюк Турон чиновником высокого ранга? Тяжба жителей с «дарителями земли» (хокимиятами) и «принимающими дары» (застройщиками).

В июне прошлого года общий двор девяти- и четырехэтажных домов неизвестные затянули баннером, пригнали бульдозер и стали крушить деревья. Операцию провернули буквально за несколько часов. Дома построены после землетрясения 1966 года. Чинары, росшие во дворе, в те годы строители для жителей сберегли. Год назад за день полсотни могучих деревьев были у людей просто украдены.

На каком основании органы охраны природы выдали разрешение на их вырубку? Когда собравшиеся сказали о болезненной утрате замхокиму, приехавшему лично посмотреть, из-за чего разгорелся сыр-бор, он ответил: «Об этом забудьте. Все по закону». Называлась даже цифра, вроде как застройщик заплатил государству четыре миллиона сум.

 

Что касается территории двора, отданной компании «Order max project», замхокима обошел ее в сопровождении протестующих активистов и заметил, что здесь есть место под застройку. В ответ активисты процитировали ШНК (градостроительные нормы и правила), определяющие в сейсмоопасной зоне расстояния между высотными домами. То, что здесь строить нельзя согласно ШНК, подтвердил и представитель ТашНИПИгенплана. Далее претензия возникла к состоянию земли между тротуаром и домом. «Здесь же не копали котлован!». «Не копали. Но и ее использовали застройщики». Да и сейчас застройщик претендует на продолжение работ, хотя котлован засыпан несколько месяцев назад. От того сыр-бор еще пуще.

Тогда жители доказали хокиму Мирабадского района Ташкента, что он принял неверное решение о предоставлении двора под застройку предпринимателям. Получил подложный документ и его не проверил. Председатель махаллинского комитета (непонятно, какой у председателя в этом интерес) сфабриковала протокол схода граждан, о, якобы, горячем желании жителей застроить двор со всеми вытекающими последствиями.

 

Тогда же последовала отмашка из районного хокимията на вырубку деревьев. Такое предусмотрено законодательством, в частности, Постановлением Кабинета Министров № 290. Каждое дерево имеет свою цену в зависимости от породы и диаметра. Если рубка производится при строительстве, цена невелика. Органы охраны природы такую рубку согласуют. Плата взимается согласно установленным расценкам. Если деревья срезаются незаконно, предусмотрены очень серьезные штрафы, возбуждение уголовных дел за нанесение ущерба окружающей среде.

Ответ замхокима о том, что вопрос по деревьям закрыт, соседям таковым не показался. Говорить о законности вырубки полсотни деревьев в жилом массиве на основании липовой бумаги никак нельзя.

 

Пока группа во главе с замхокима обходила убитый двор, жители терпеливо ожидали. Тем временем подъехали два наряда милиции. Конечно, не митинг, но все же. Люди эмоциональны, рассержены, мало ли что. Люди утверждали, что их вполне устраивает имеющееся помещение махаллинского комитета. Замхокима решил осмотреть и его. Следом потянулась и вся собравшаяся толпа. По пути представительница застройщика убеждала высокое руководство, как чудесно е компания организует дворовое пространство, когда воздвигнет объект.

 

Ташкентцам хорошо знакома аллея Голубых куполов. В одном из домов, выходящих на аллею, и располагается махаллинский комитет. Зашли. Отличное помещение. Чего еще желать?  Торговых точек, социальных объектов в округе переизбыток, не кишлак же.

 

Пересказывать шумную дискуссию нет необходимости. Замхокима однозначно высказался, что планировавшийся трехэтажный объект с махаллинским комитетом и коммерческими точками отменяется. Застройщик забирает свое имущество. Районный хокимият выравнивает дворовую площадку, восстанавливает арыки. Пятьдесят вырубленных деревьев никто не возвращает. За три дня архитекторы готовят проект благоустройства территории, жители проект согласуют. После чего вывешивается баннер с проектом. И дальше вся ответственность  за реализацию проекта лежит на жителях. Если за полгода не реализуют, дальше городской хокимият сам распорядится, что делать в этом общем дворе.

Даже старики стали спрашивать, сколько надо внести денег. «Обустроим детскую и спортивную площадку, поставим скамейки, по осени посадим деревья».

 

На крыльце к руководителю города пробился молодой человек, показавшийся мне знакомым. Точно, он из махали «Конституция», улицы Шота Руставели и Таффакур. Пару месяцев назад мне приходилось там бывать в связи с постройкой пятиэтажного махаллинского гузара. В СМИ публиковалась моя статья об этом чудовищном эпизоде в нарушении законодательства. По-видимому, никакой реакции от властей. Парень показал заместителю хокима города фото. «Уже и крышей закрыл застройщик! Он тот же, что и здесь, — «Order max project»! Городская прокуратура потребовала остановить незаконное строительство, проинформировала о своем решении Яккасарайский хокимият. А застройщику все нипочем» — «Через три дня приеду к вам».

 

 

А теперь о личном. Во время обхода сотрудник городского хокимията, за плечом которого стоял человек в милицейской форме,  потребовал прекратить фотосъемку. «Еще один кадр, и мы отберем ваш фотоаппарат». Вот был бы бенц! Сейчас, после события, представляю, как это могло выглядеть. Он отбирает, а я не отдаю! И все это участники схода граждан снимают на мобильники и выкладывают в Интернет… Кто-то рядом посоветовал обратиться напрямую к заместителю хокима Ташкента. Он ответил, что фотографировать можно. Инцидент исчерпан.

Что касается инцидентов с захватом дворов по поддельным согласиям сходов граждан на застройку, то их в столице масса. Другое дело, что не все люди умеют так отстаивать свои права, как в махалле, откуда мы вели репортаж.

 

Наталия ШУЛЕПИНА

Источник — «Новости Узбекистана» ( https://nuz.uz/obschestvo/33461-slovo-zamhokima-tashkenta-v-stolice-otmenili-esche-odnu-stroyku.html )


Добро пожаловать на канал SREDA.UZ в Telegram


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Еще статьи из Опустынивание

Партнеры