ЧТОБЫ СБЫВАЛСЯ ПРОГНОЗ…

ЧТОБЫ СБЫВАЛСЯ ПРОГНОЗ...В Международное десятилетие по уменьшению стихийных бедствий ООН предложила странам научиться предсказывать стихийные бедствия. В Узбекистане накоплен большой опыт прогнозирования. И все же к прогнозам есть еще немало претензий. Что нужно, чтобы повысить их точность?
«Правда Востока», 21.12.2000г.
«Несколько сюжетов на фоне маловодья», 2002г.
ЧТОБЫ СБЫВАЛСЯ ПРОГНОЗ...В Международное десятилетие по уменьшению стихийных бедствий ООН предложила странам научиться предсказывать стихийные бедствия. В Узбекистане накоплен большой опыт прогнозирования. И все же к прогнозам есть еще немало претензий. Что нужно, чтобы повысить их точность?

Засуха и маловодье в ряду стихий

В Каракалпакстане осенью 2000 года многие говаривали: знали бы, что ожидается маловодье, сократили бы посевы риса. А так засеяли рис в северных районах и целинных территориях южных районов на 39 тысячах гектаров, и весь урожай погиб. Материальный ущерб от маловодья в целом по Узбекистану оценен в три десятка миллиардов сумов. 2000-й называют годом глубокого маловодья, сопровождавшимся весенней засухой.

Трудно удержаться, чтобы не попенять вместе с пострадавшими от этих стихий гидрологам, синоптикам, агрометеорологам: \»Чем вы там занимаетесь!\» А в самом деле, чем? Как рождаются прогнозы и можно ли повысить их точность?

Составляются прогнозы в Главгидромете, но основа для них — данные с метеостанций и постов как Узбекистана, так и ближнего зарубежья. Без данных из зарубежья не обойтись, ведь основной сток рек формируется на территории других государств. Зачем, к примеру, гидрологам знать, сколько снега выпало в горных районах Таджикистана и Киргизии и где в чужих горах проходит снеговая граница к концу марта? Чем ниже граница, тем полноводней в апреле-мае реки с низкими водосборами. А это — Сурхандарья и Ахангаран, отдельные реки бассейна Кашкадарьи. Ну а чем выше, тем меньше…

Затем наступает очередь быть полноводными рек со средними водосборами. Сколько накоплено снега поближе к ледникам? Это нужно знать, предсказывая, каким окажется паводок в мае-июне. Он — пиковый для рек бассейна Чирчика, севера Ферганской долины и основных регионов нашей республики. Третьи в очереди — реки с высокими водосборами, те, что питаются от тающих ледников. Тут берут начало реки юга Ферганской долины, Зарафшан, а еще Пяндж и Вахш — составляющие Амударьи. Что там, в поднебесье?

С 1995 года законсервирована гидрометеорологическая станция на леднике Федченко на территории Таджикистана. Ее высота — 4160 метров над уровнем моря. На высоте 3840 метров находилась станция на леднике Абрамова, территориально относящаяся к Киргизии. Еще с советских времен эта станция принадлежала Главгидромету Узбекистана, который обеспечивал информацией все республики региона. Но в августе 1999-го ее взорвали террористы. Остались наземные маршрутные наблюдения за снежным покровом. Их проводят в бассейне Пянджа таджикские, а в бассейнах Кашкадарьи и Чирчика — узбекские гидрологи. Ну а киргизы вот уже несколько лет как закрыли все снегомерные маршруты.

Когда гидрологи сокрушаются по поводу этих потерь, всезнающие неспециалисты удивляются: \»Да сейчас все из космоса видно!\» Все, да не все. Сколько воды в верховьях Амударьи — в Вахше, Пяндже, Кафирнигане — не видно. Таджикские коллеги прекратили измерять сток своих рек еще во время гражданской войны. Тогда в ходе боевых действий гидрологические посты в устьях рек при впадении в Амударью были уничтожены. Попробуй спрогнозируй поступление воды в Туямуюнское водохранилище, не зная, что в горах. Первый пост, где ведутся измерения, находится намного ниже Термеза, в Туркменистане.

Что касается использования спутниковых данных о заснеженности горной территории, то с 1996 года в Главгидромете принимали эту информацию с помощью приемной антенны, подаренной Великобританией. Но все это время антенна работала в мигающем режиме, урывками. И с марта по июнь 2000-го как раз ничего не выдавала. Нет данных, которые прежде использовались как основа для математических моделей и статистических методов прогнозов, — многие методики вне применения.

Год — не уникальный?

Природу просчитать на все сто невозможно, потому во всем мире практикуется система уточняющих прогнозов. В Узбекистане предварительно ожидаемый сток на вегетационный период оценивается еще в феврале-марте. В начале апреля дается основной прогноз, затем уточняемый на квартал, месяц, декаду.

В апрельском прогнозе 2000 года водность Амударьи выше Каракумского канала предполагалась в 80-95 процентов средних многолетних значений. Оптимистично? Не совсем. Здесь же указывалось, что высота сезонной снеговой границы на конец марта выше обычного на 300-500 метров, и, значит, полноводье в апреле-мае в реках с низким водосбором не состоится.

Но в мае гидрологи предупреждали, что приток в Амударью будет меньше ожидаемого, а к концу августа воды в реку станет поступать еще меньше. \»Большой воды не только в Аму, но и по всем основным водотокам осенью не предвидится!\» Этот прогноз учли в сентябре, когда правительство приняло постановление в связи с ожидаемым маловодьем в грядущий осенне-зимний период.

Однако в мае хотелось верить в апрельский прогноз, не обещавший уникально маловодного года. А он и не был таким по стоку рек. Подобное случалось в 1986 и 1989 годах, и по отдельным территориям в 1982-м. Что изменилось с тех пор? Выросли площади под рис и зерно, как в Узбекистане, так и у туркменов. Выросла потребность в заборе воды. Но контроль за вододелением снизился. Это еще не все отличия маловодного 2000 года от прежних. Уникальность его в том, что впервые весной водохранилища оказались незаполненными. Почему? Это вопрос к водникам.

Но никто не ответит на вопрос, почему там, где зарождаются реки, выпало осадков в мае-июне 20-50 процентов от нормы, а на самом юге Узбекистана при высоких температурах пролилось дождей совсем чуть-чуть, а то и вовсе ничего. Засуха — это стихия.

Предсказатели осадков

Прогнозирование погоды — сложнейшая задача физики. Для ее решения в Главгидромете используют симбиоз так называемых численного метода и синоптического.

Численный связан с уравнениями гидродинамики. А суть синоптического — в одновременном обзоре условий погоды на огромных пространствах. На узбекистанские карты наносятся данные от Атлантики до Восточной Сибири и от Северного полюса до Персидского залива. Воздушные потоки над этой частью Земного шара делают нам погоду. Хорошо, что синоптики дружат и обмениваются информацией. Все метеостанции мира по единой программе Всемирной метеорологической организации каждые три часа проводят наблюдения. Восемь раз в сутки это делают и 65 синоптических станций Узбекистана.

ЧТОБЫ СБЫВАЛСЯ ПРОГНОЗ...Ряд лет ташкентским синоптикам помогают Европейский центр среднесрочных прогнозов, что под Лондоном, и вашингтонский Национальный метеорологический центр США, информация которых бесплатна. Она приходит на компьютеры в численном коде, и карты рисуются автоматически. Замечательно сотрудничать, но оправдываемость заграничных прогнозов снижается, причем по той же причине, что и составляемых в Ташкенте: над обширной территорией Средней Азии и прилегающих пространств прекращено аэрологическое зондирование атмосферы.

На картах нашего региона на высотах — белое пятно. Что представляет собой столь необходимый для его \»закрашивания\» радиозонд? Оболочка и приборы, указывающие температуру, влажность, давление. Если на земле диаметр оболочки в полтора метра, то на высоте, а поднимаются радиозонды до двух-трех десятков километров, раздуваются до шести. Оболочки из эластичного и морозостойкого натурального каучука поставляет Казань. Но с распадом СССР оплата взимается в валюте. Один запуск радиозонда обходится в полтораста долларов.

Прежде они запускались с четырех аэрологических станций в Ташкенте, Термезе, Зарафшане и Коканде четыре раза в сутки. А еще для прогнозов по Узбекистану привлекались данные радиозондирования в Туркменистане, Казахстане, Таджикистане, Грузии и на юге России с нескольких десятков пунктов. Они показывали, что там, в воздушной толще. Однородна — дождя не будет, холодный воздух затекает на теплый — жди облачность. Направление и скорость ветра определялись локаторами, \»ведущими\» зонд. На юге России и в Казахстане радиозондирование сокращено, другими партнерами прекращено.

Космоснимки никак не могут заменить количественные и качественные характеристики воздушной толщи. Снимки из космоса показывают лишь облачность. Чем удивит туча? Помогает определить осадки локаторная сеть. Локатор посылает сигнал в радиусе трехсот километров. Отражаясь от облака, сигнал возвращается назад, указывая высоту верхней границы облачности, ливневые, градовые ячейки. В США создана частая локаторная сеть, в Узбекистане метеолокаторов три, в Туркменистане ни одного. Больше локаторов — точнее прогноз. Англичане для страховки еще и пять самолетов держат на службе.

Но \»зондирование — костная ткань любого прогноза\», утверждают специалисты. Предсказание оползней, селей, лавин, паводков — все завязано на радиозондировании. От них зависят и агрометеопрогнозы.

Как прогнозировать урожай?

Его агрометеорологи предсказывают в Узбекистане уже полвека. По хлопку, к примеру, предварительный прогноз составляют в начале июля, а основной — в начале сентября. Методы прогнозов для наших территорий разработаны в САНИГМИ, делаются на основе статистики. Чем ее больше, тем точнее прогнозы.

А набирается она в ходе регулярных наблюдений на производственных посевах хлопчатника, люцерны, зерновых колосовых, в садах. Занимаются этим по единой программе более восьмидесяти станций и агрометпостов Главгидромета. Данные передаются в Ташкент, и фактическое состояние на полях и в садах, на бахчах и пастбищах известно уже назавтра. Это \»завтра\» наступает 1, 11 и 21 числа каждого месяца. Вся информация суммируется в агрометеорологических бюллетенях, которые тиражируются в сотню экземпляров и рассылаются в органы государственной власти, подразделения Минсельводхоза, учебные заведения, по заявкам.

Увы, тираж невелик. В бюллетенях даются агрометеорологические особенности декады, набор сумм эффективных температур в сравнении с прошлогодними и среднемноголетними. Есть таблицы с фазами развития хлопчатника на одинаковых сроках сева, запасами продуктивной влаги на полях по горизонтам почвы…

На основании этих данных агрометеорологи составляют фенологические прогнозы: когда наступает цветение, бутонизация, раскрытие первых коробочек хлопчатника, когда цветение у плодовых деревьев. По зерновым колосовым прогнозируют колошение, восковую спелость, по овощам — сроки созревания помидоров, по пастбищной растительности — когда начинать выпас скота по весеннему травостою и когда трава начнет выгорать от жары. Есть и другие любопытные параметры, в зависимости от которых применяется та или иная агротехника.

Фенологический прогноз в 2000 году предполагал раскрытие первых коробочек в первой половине августа на основных посевных площадях. Так и произошло. Во второй половине августа можно было начать выборочный сбор хлопчатника. В Андижане начали. Но все остальные области всерьез взялись за дело к середине сентября. Может быть, дехкане не знали о прогнозе? Может быть.

Прогнозы урожайности поступают еще более узкому кругу лиц. В 2000 году валовый сбор хлопка прогнозировался в 3147 тысяч тонн, попали почти в яблочко, расхождение с фактом всего в две тысячи. Оправдываемость должна быть не ниже 90 процентов, но она пока и не бывала ниже у узбекистанских агрометеорологов. Работают по отлаженной схеме. Проводят автомаршрутные обследования — измеряют по горизонтам температуру почвы, влажность, высоту, густоту стояния растений… Используются для этого остатки советского оборудования. Мечтают о новом, памятуя о том, что Узбекистан находится в зоне рискованного земледелия.

Борясь с градом

Риску быть побитыми градом подвержены с апреля по сентябрь 740 тысяч гектаров. На этих площадях дехкане выращивают хлопок и зерновые, а еще бахчевые, овощи, фрукты. Сколько стоит ошибка в предсказании града?

Служба по воздействию на гидрометеорологические процессы начала формироваться в 1969 году. Тогда в Чусте была размещена первая противоградовая установка \»Алозань\». Сейчас в Наманганской области защищаются от града четыре района, а всего по республике действует семь отрядов и около шести десятков огневых пунктов. Затраты и выгоды составляют один к пяти. Минсельводхоз, покрывающий расходы по противоградовым работам, считает службу нужной и прогнозы хочет иметь поточнее.

В сезоне 2000 года противоградовая защита сработала на 99,9 процента. Побиты посевы на 211 гектарах. Для статистики это мелочь, для пострадавших — убыток. Как его снизить?

Точность прогнозов зависит от радиозондов и локаторов, а эффективность борьбы с градовыми ячейками в облаках — от наличия ракет для их обстрела. В идеале служба действует так. Утром выпускает радиозонд, который дает базовую информацию. А потом, если есть показания, радиолокатором обследует тучи, попадающие в его поле зрения за двести-триста километров. Если замечены твердые осадки, то информация уходит на все огневые пункты, прикрывающие территорию. Чтобы защититься от одной тучи, надо от трех до нескольких десятков ракет. А всего их от весны до осени следует иметь до четырех тысяч.

Эти детали дехканину наверняка мало интересны. Ему нужен результат. Но мы живем в материальном мире, и все стоит денег. Запуск зонда, напомним, обходится в полтораста долларов и сейчас отряды их не используют. Используют локаторы и противоградовые установки, каждый выстрел которых обходится за двести долларов. Ракеты приобретают в Чебоксарах в зависимости от валютной квоты, выделенной Минмакроэкономстатом. Жаль, что в эту квоту никак не попадут радиолокаторы и запчасти к ним: выйдут из строя дряхлые локаторы — не узнать, что в туче.

Очередь — за приборами

В советское время почти все приборы поступали из России и Латвии. В Узбекистане был завод \»Сигнал\», выпускавший для гидрометслужбы приборы трех наименований. А использовались многие сотни.

С распадом СССР отечественная гидрометслужба осталась без поставок. Необходимо было наладить импортозамещающее производство. В 1995 принимается правительственное постановление по развитию приборостроения и развитию метрологической базы в стране. Главгидромету передается СКБ космического приборостроения, преобразуемое в научно-производственное предприятие Гидрометприбор.

У него в пору становления было и есть немало проблем. Но за короткое время здесь созданы приборы, которым нет аналогов. К примеру, электронные термометры вместо устаревших спиртовых и ртутных. Очень перспективны уровнемеры для измерения уровня воды в каналах, озерах, водохранилищах, записывающие информацию на компьютерную дискету. Десять таких водомерных устройств введены в опытную эксплуатацию.

ЧТОБЫ СБЫВАЛСЯ ПРОГНОЗ...Еще одна новинка — гелиограф, измеряющий солнечную радиацию с автоматическим слежением за солнцем. Он очень важен для климатологии и агрометпрогнозов. Осваивается выпуск гидрометрических вертушек с компактным счетным устройством и более экономичным питанием. Снегомерные и водомерные рейки, будки для приборов, которые возили из Иркутска, тоже начал выпускать Ташкент.

Если рейки и будки — мелочь, то крупным достижением стали телеметрические комплексы для автоматического сбора метеоинформации и передачи ее в центр. Для опробывания они смонтированы там, где нужней всего: на снего-лавинных станциях Камчик, Чимган, а также на метеостанциях в Алмалыке, Ангрене и в обсерватории Ташкента. Хороши тем, что не надо ходить на метеоплощадки. Информация о скорости и направлении ветра, температуре воздуха, влажности поступает сразу на компьютер. К комплексу — благо входов много — можно со временем подключить другие датчики, например, по измерению атмосферного давления.

В общем, если мало-помалу Гидрометприбор наберет обороты, то часть проблем с приборами и оборудованием в узбекистанской гидрометслужбе разрешится. Но трудно без помощи государства разобраться с метрологией. Есть приборы, которые метрологически поверяются на точность один раз после изготовления. Но многие нуждаются в регулярной поверке. В Госстандарте Узбекистана эталонов для гидрометеорологии нет. Это специальное оборудование. И очевидно, пришло время его приобрести.

Образцовый барометр для измерения атмосферного давления, к которому \»привязываются\» все остальные, надо везти в Санкт-Петербург. Периодичность процедуры — раз в шесть лет, а стоит она около полутысячи долларов плюс дорожные расходы. Уже лет пятнадцать этот образцовый прибор не поверялся, и какая у наших барометров точность, неизвестно. Между тем, атмосферное давление — исходная величина для прогнозирования погоды. Ветер дует туда, где оно ниже. Определить это можно и по дедовским приборам, но точным, соответствующим эталону.

Еще в конце 1998 года Главгидромет подписал контракт с Санкт-Петербургом на поставку образцовых средств измерения. Всего в контракте указано 28 единиц приборов, включая барометры. Стоимость контракта — свыше тридцати тысяч долларов. На них получено добро из вышестоящих инстанций. Но не обошлось без заковык. Выдача сертификата, выдача квоты на валюту, сумовое покрытие квоты — эти этапы растянулись. Нет сумов — нет долларов — нет эталонных приборов — нет точных прогнозов. Такая связь.

Хороша взаимопомощь

…Метеорология и гидрология подразумевают международное сотрудничество, ведь в одиночку прогноз не сделать. Объединяет гидрометсеть планеты Всемирная метеорологическая организация, созданная в 1950 году, как агентство ООН. Что касается огромных пространств бывшего Союза, то здесь был самый интенсивный обмен информацией.

С образованием новых независимых государств встал вопрос о сохранении связей. И в 1992 году по инициативе России и Узбекистана создается Межгосударственный совет по гидрометеорологии. На одной из его первых ежегодных сессий гидрометеорологи стран СНГ принимают обращение к главам правительств, чтобы поддержали службы. Но то был наиболее трудный период в развитии, и много станций позакрывалось. Так, в Киргизии осталось 60 процентов сети, в Таджикистане — 40, в Казахстане — 70 процентов. На территории Узбекистана гидрометстанции сберегли.

И в самом деле, непростительно потерять накопленный потенциал. Школа гидрологических прогнозов являлась одной из лучших в Союзе, именно у нас основано прогнозирование стока горных рек. В области синоптической метеорологии узбекистанская школа считалась самой передовой — эти позиции и сейчас сохранились.

Другое дело, что остаемся первыми при общем падении. Уж больно дорого стоит развитие сети. Скажем, надо восстановить станцию на леднике Абрамова. Но в одиночку ни одной стране это не под силу. Затраты составят сотни тысяч долларов. Можно странам региона договориться и придать ей статус межгосударственной, чтобы вместе финансировать. Точные прогнозы стоят затрат. А ВМО помогла бы. Ведь и раньше помогали оборудованием высокогорью швейцарцы, англичане, французы. Какой у них в этом интерес? Хотят иметь информацию с ледников о загрязнении воздуха и состоянии озонового слоя Земли.

Пока этот вопрос изучается, ряд международных проектов в регионе уже работает. На базе швейцарской миссии создается Региональный гидрологический центр. Часть оборудования для него уже получена, часть поступает. А главной его задачей станет прогноз стока рек бассейна Арала с использованием информации искусственных спутников и наземных станций региона. Модернизируются по пять гидрологических постов в Узбекистане, Таджикистане и Киргизии. Что же до приема спутниковой информации о формировании снежного покрова, то это \»узкое\» место также удалось расшить — станция приема спутниковой информации получена в рамках проекта \»Создание системы прогнозирования стоков в бассейне Аральского моря\». Этот проект, финансируемый ЮСАИД — агентством США по международному развитию, тесно увязан со швейцарским. Данные из космоса о формировании снежного покрова в горах, принимаемые в Ташкенте, будут передаваться во все национальные гидрометслужбы. Гидропрогнозисты пяти стран учатся вырабатывать обобщающий согласованный прогноз. Зачем он нужен? Для согласования странами своих действий при засухе и маловодье.

Глобальный экологический фонд поддерживает проект в том же духе — по созданию 25 гидрологических постов на крупных реках. Только не в верховьях, а на стыках государств. Хотя их главная задача — учет стока и качества воды, передаваемой из страны в страну, что необходимо знать для вододеления и оперативного управления, но их данные можно учитывать для прогнозирования стока.

Еще перспективней \»Система наблюдений за гидрологическим циклом в бассейне Аральского моря\», поддерживаемая Всемирной метеорологической организацией. Подобные системы по инициативе ВМО уже созданы в Африке, Средиземноморье, создаются в Черноморье. Поэтому идея — а следить предполагается не только за стоком рек, но и за качеством воды, погодными условиями — не кажется фантастической. Данные пойдут со специальных платформ через зависающие геостационарные спутники.

Вырастет качество подготовки материалов о водных ресурсах, как фактических, так и прогнозируемых. Но исполняться проект будет поэтапно: сперва первая платформа, потом еще и еще. Надо искать доноров, но и самим странам пора действовать. Что мы можем? Прежде всего расширять выпуск гидрометеорологического оборудования, развивать инфраструктуру и учиться у тех, кто обогнал.

Наталия ШУЛЕПИНА
«Правда Востока», 21.12.2000г.
«Несколько сюжетов на фоне маловодья», 2002г.


Добро пожаловать на канал SREDA.UZ в Telegram


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Еще статьи из Климат

Партнеры