КЛИМАТИЧЕСКИЙ ДИСБАЛАНС

КЛИМАТИЧЕСКИЙ ДИСБАЛАНСКонец 2009 года ознаменовался самым представительным и самым провальным саммитом по изменению климата под эгидой ООН в Копенгагене. В конце ноября 2010 года представители 192 стран соберутся на шестнадцатую конференцию ООН по изменению климата, которая состоится в мексиканском Канкуне. Самое время накануне Канкуна вспомнить, как развивались события в Копенгагене.
«Экономическое обозрение», 2010г. КЛИМАТИЧЕСКИЙ ДИСБАЛАНСКонец 2009 года ознаменовался самым представительным и самым провальным саммитом по изменению климата под эгидой ООН в Копенгагене. В конце ноября 2010 года представители 192 стран соберутся на шестнадцатую конференцию ООН по изменению климата, которая состоится в мексиканском Канкуне. Самое время накануне Канкуна вспомнить, как развивались события в Копенгагене.

Саммит в оценках

Характерны оценки эффективности этого саммита, прозвучавшие непосредственно после его завершения по «горячим следам» в СМИ. Как писала Time, переговоры удалось спасти от полного провала благодаря тому, что лидеры США, Индии, Бразилии, Южной Африки и Китая одобрили договоренность о борьбе с глобальным потеплением, но она мало кого устраивает. «Соглашение не содержит конкретных заданий по сокращению выбросов, но обязывает страны принять меры к тому, чтобы потепление не превысило 2 градуса по Цельсию, и выделить к 2012 году 30 млрд. долларов на сдерживание климатических изменений».

Le Monde, в свою очередь, уделяла больше внимания поискам виноватого в недостижении планируемых договоренностей и выявила, что все участники склонны обвинять друг друга. Бразильский президент Лула назвал США виновником провала копенгагенской конференции за их отказ существенно снизить выбросы парниковых газов. По его мнению, из-за такой позиции американцев другие страны тоже предпочли уклониться от каких-либо обязательств. Британский премьер-министр Гордон Браун заявил, что переговоры оказались в заложниках у «горстки стран», а британский министр по вопросам изменения климата Эд Милибэнд упрекнул Китай в том, что он воспрепятствовал принятию соглашения о сокращении выбросов. Министр же долгосрочного развития Франции Жан-Луи Борло возложил часть ответственности за неудачи саммита на ООН и созданную ею систему, «где климат имеет столь малое значение».

Еще более резкие оценки звучали со стороны наблюдателей в СМИ. «Единственным прорывом стал политический заговор Китая и Индии, которые за закрытыми дверями составили вместе с Соединенными Штатами утешительное коммюнике, пустив в комнату Бразилию и Южную Африку, а Европу оставив мерзнуть за порогом», – писал «The Wall Street Journal». А «The Washington Times» в своей редакционной статье заявила: «Копенгагенский саммит потерял последние остатки своей весомости и значимости, когда превратился в арену цирка, на которой диктаторы пытались «озеленить» свои кровавые режимы». Пожалуй, только в Китае остались довольны результатами этого саммита. «Китай считает «положительными» результаты климатического саммита в Копенгагене», – писала газета «Жэньминь жибао» со ссылкой на официального представителя МИД КНР Цинь Гана.

Утомление аудитории

Столь неблагоприятному исходу саммита способствовал целый ряд скандалов, произошедших как накануне саммита, так и в его процессе. Широкий общественный резонанс вызвала публикация переписки между учеными, из которой следовало, что научные данные, используемые для обоснования глобального потепления, постоянно подтасовывались. Скандал вышел и с текстом заготовки резолюции саммита, в котором квоты на выброс парниковых газов для развитых стран предусматривались в два раза выше, чем для развивающихся.

Но очевидно, что это не основная причина срыва целей саммита. Главное, видимо, в том, что как сама постановка проблемы, так и предлагаемые пути ее решения вызывают вполне обоснованные сомнения и не в интересах большинства государств мира. Углеродная энергия на сегодняшний день и в обозримой перспективе является наиболее дешевой из всех возможных вариантов, и предлагаемые ограничения значительно увеличивают экономические издержки практически для каждой страны. Выгоды же будут иметь ряд секторов промышленности развитых стран, связанных с производством соответствующего оборудования и технологий, а также финансовый сектор, получающий практически на «голом месте» новый рынок – рынок торговли квотами.

Вместе с тем, к моменту проведения саммита уже стали отмечаться существенные изменения и в отношении общественности к восприятию самой угрозы глобального потепления, так как проводимая уже несколько лет массированная пиар-компания стала утомлять аудиторию и тем самым вызывать сомнения в предлагаемом сценарии. Тем более, что погодные катаклизмы в Европе и США в начале зимы работали скорее на версию глобального похолодания, нежели глобального потепления. В США все меньше людей верит в обоснованность глобального потепления. В ходе социологического опроса, проведенного Исследовательским центром Пью (Pew Research Center for the People & the Press) в октябре прошлого года, лишь 57% респондентов согласились, что идея глобального потепления имеет серьезное научное обоснование. Еще в апреле 2008 года этот показатель составлял 71%, а в 2006-м, когда начали вести статистику, – 77.

КЛИМАТИЧЕСКИЙ ДИСБАЛАНСБолее того, бизнес, не заинтересованный во введении квот, уже начинает предъявлять иски к ученым. Торговая палата США попросила Агентство по охране окружающей среды вынести спор об изменении климата на публичное слушание, подобное судебному процессу. Цель бизнесменов – избежать жестких ограничений на выброс в атмосферу парниковых газов.

В целом люди начинают понимать, что истерия, связанная с глобальным потеплением, нагнетается искусственно (о чем наш журнал писал ранее – неоднократно. Примеч. автора) в целях достижения отдельными группами и странами своих узких меркантильных интересов. Весьма показателен в этом отношении случай, имевший место быть в прошлом году в связи с выступлением «главного борца планеты» с глобальным потеплением Альбертом Гором во Флориде. Более двухсот человек протестовали против его обычных призывов о том, – «самая опасная проблема, с которой мы что изменение климата когда-либо сталкивались». «Любимый «зеленый» продукт Гора? Это ваши деньги в его кармане», – гласил один из плакатов, которые принесли с собой манифестанты.

Ракурс потерь и преимуществ

Другой важный момент – приходит понимание того, что если даже версия о глобальном потеплении верна, то это не говорит о непременных потерях для всех. В публикуемых результатах исследований начала этого десятилетия, когда о проблеме потепления заговорили всерьез, указывалось, что если одни страны и регионы планеты потеряют от изменения климата, то другие могут выиграть. Во второй половине десятилетия почему-то все нашумевшие исследования рисовали апокалипсические картинки негативных изменений для всего мира без исключения. Складывалось впечатление, что страны, которые могут понести потери, стремятся поровну разделить все издержки по борьбе с глобальным потеплением с теми государствами, которые могут от него получить определенные преимущества. Теперь первоначальная точка зрения возвращается.

Как считает Бьорн Ломборг, директор Центра «Копенгагенский консенсус», «участники кампании в Европе и США используют угрозу голодания как повод для значительного сокращения выбросов углекислого газа. Однако в большинстве регионов изменения в погоде увеличат продуктивность сельского хозяйства». То есть если одни страны и регионы планеты что-то потеряют, то другие выиграют, как, например, страны Центральной Азии и Россия. Видимо, то же самое вполне справедливо и в отношении тех или иных отраслей экономики и видов бизнеса. И впредь эта «линия водораздела» в интересах может укрепляться: зачем прилагать усилия и нести издержки в борьбе с глобальным потеплением тем, кто от этого может лишиться определенных преимуществ в будущем.

Если же говорить о том, как скажется глобальное потепление в Узбекистане, то ничего страшного не произойдет, и возможны изменения к лучшему. Как говорится во втором Национальном сообщении по изменению климата (представленном сторонам Рамочной конвенции ООН об изменении климата), рост летних и осенних температур в Узбекистане в ближайшие десятилетия не окажет существенного влияния на сельскохозяйственные посевы. Каковы возможные выгоды? «При потеплении на 2–2,5 градуса к середине века возможно расширение ареала возделывания к северу средне– и позднеспелых культур. В отдельных районах возможно многократное использование земель под различные культуры. Возможно улучшение условий зимовки скота в отгонном животноводстве. Но при этом ожидаются потери урожайности за счет дефицита орошения, воздушной засухи, деградации земель, усиления водной и ветровой эрозии, засоления почв, снижения содержания гумуса, ухудшения кормовой базы и снижения продуктивности животноводства», – подчеркивают узбекские метеорологи.

КЛИМАТИЧЕСКИЙ ДИСБАЛАНСВсе это заставляет предположить, что попытка ввести обязательное регулирование выбросов парниковых газов на наднациональном уровне уже не удалась, и дальнейшие усилия в этом направлении, видимо, будут только ослабевать. Может быть поставлен под сомнение и механизм торговли квотами на выбросы парниковых газов, в том числе и в рамках МЧР. Тем не менее, уже действующая индустрия, связанная с экологией, – производственная, научная, общественная, политическая, видимо, будет искать новые сферы применения своего накопленного потенциала, выдвигая новые идеи, механизмы и схемы их реализации.

Может быть, проблема в другом?

Климат все-таки меняется, о чем свидетельствует погодная неразбериха, обрисованная в начале статьи. Значит, можно предположить, что какие-то факторы дестабилизируют климатическую обстановку планеты. В числе таких факторов могут быть и циклическая смена течения Гольфстрима, и циклы солнечной активности, вызывающие то периоды потепления, то периоды похолодания. Возможен также вариант, что на природную цикличность климата уже оказывает воздействие и техногенный фактор, и их наложение друг на друга и вызывает наблюдаемую климатическую неустойчивость. Все эти варианты более подробно мы рассматривали в предыдущих публикациях, посвященных климатической проблеме.

Важное значение может иметь еще один фактор, на который экологи хотя и обращают внимание, но, на взгляд автора, явно недостаточное и, тем более, не в полной мере используют в своих стратегиях по стабилизации климата. Дело в том, что CO2, объявленный чуть ли не «террористом номер один» планеты, является не каким-то чужеродным, занесенным извне образованием, а, наоборот, важным компонентом природной регуляции. Ископаемые углеводороды являются остатками прежней растительности, которая в свое время поглощала избыточный CO2 из атмосферы, так как растения «питаются» этим газом, концентрировала его в виде нефти, газа, угля, когда в силу каких-либо причин, будь то вулканическая деятельность или цикличное природное планетарное потепление, его в атмосфере становилось слишком много. Именно в эти периоды планета покрывалась буйной растительностью, как, к примеру, в эпоху динозавров – только обилие биомассы позволяло им достигать столь крупных размеров. Изъятие растительностью CO2 из атмосферы и помогало не допустить чрезмерного перегревания планеты.

Что мы имеем сейчас? Сколько за последние двести-триста лет вырублено лесов, сколько территорий в процессе развития цивилизации подверглись спровоцированному человеческой деятельностью опустыниванию?! При этом выбросы CO2 в атмосферу увеличиваются, а природный механизм поглощения его излишков работает все хуже и хуже. Да, «зеленые» ратуют за сокращение масштабов вырубки лесов, но в достаточной ли степени они оценивают значение этого фактора в изменении климата, не подменяют ли действительно необходимые меры в этом направлении достаточно сомнительными рецептами, работающими на определенные групповые интересы?

КЛИМАТИЧЕСКИЙ ДИСБАЛАНСЛогика результатов их действий порой доходит до анекдотической ситуации. Именно «зеленые» разрекламировали экологические «преимущества» биотоп¬лива и усиленно его внедряли (хотя мне не понятно, как может – биоэтанол – выбрасывать в атмосферу меньше CO2, чем другая органика органика – нефть). Наиболее продвинутой в этом отношении оказалась Бразилия, которая держит первенство в мире по производству и использованию биотоплива. Но посадки сахарного тростника для производства биоэтанола осуществлялись за счет тропических лесов Амазонии, или, как их еще называют, «легких планеты».

В результате подобных действий, надо полагать, количество CO2 в атмосфере не столько уменьшилось, сколько значительно возросло. Вроде бы уже введены определенные запреты на расширение вырубки тропических лесов. Но какой урон подобными рецептами «зеленого развития» наносится способности планеты к саморегуляции климата! Сокращение лесов делает климат более сухим и жарким, ведет к опустыниванию и, как мне кажется, в гораздо большей степени провоцирует глобальное потепление, нежели использование нефти и газа.

Виктор АБАТУРОВ
«Экономическое обозрение», 2010г.
(Прим. Sh Natalya. Статья приводится с некоторыми сокращениями).


Добро пожаловать на канал SREDA.UZ в Telegram


0 комментариев на «“КЛИМАТИЧЕСКИЙ ДИСБАЛАНС”»

  1. Sh Natalya:

    Целиком и полностью поддерживаю автора в отношении вырубки лесов и деревьев. Больше рубим — больше проблем и на планетарном, и на локальном уровне. Это касается не только Амазонии, но и Узбекистана. Что до "неразберихи" с погодой, то ученые рассматривают тренды за более чем сто лет наблюдений. Есть динамика потепления. Фиксируется она и на территории Узбекистана. Что касается глобального похолодания, то еще посмотрим. Но по-любому надо сокращать выбросы промышленных предприятий и транспорта. А то человечество задохнется. Потому-то важно, чтобы у Киотского протокола по сокращению выбросов парниковых газов было продолжение. Дождемся решений 16 конференции ООН по изменению климата в Канкуне в декабре 2010 года.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Еще статьи из Климат

Партнеры