ЕСЛИ МЕЖДУ ТОЧКАМИ ДЕСЯТЬ КИЛОМЕТРОВ…

Помните игру в “морской бой”? Вы методично проверяете клетку за клеткой, сперва примериваясь, а потом сужая поиск. Примерно тот же метод используют геоэкологи. Начав работу над Геоэкологической картой Узбекистана в начале девяностых, они прошли по всей территории республики и через каждые десять километров взяли пробы. Задачей было определить загрязнение грунтов, почв, проверить на чистоту и засоление поверхностные и подземные воды, выявить радиационную обстановку. Первым результатом стала Геоэкологическая карта Аральского региона. Следующим — создание первой Геоэкологической карты Узбекистана.
\»Правда Востока\», 28.9.1999г., книга \»Серный рикошет\», 2001г.Помните игру в “морской бой”? Вы методично проверяете клетку за клеткой, сперва примериваясь, а потом сужая поиск. Примерно тот же метод используют геоэкологи. Начав работу над Геоэкологической картой Узбекистана в начале девяностых, они прошли по всей территории республики и через каждые десять километров взяли пробы. Задачей было определить загрязнение грунтов, почв, проверить на чистоту и засоление поверхностные и подземные воды, выявить радиационную обстановку. Первым результатом стала Геоэкологическая карта Аральского региона. Следующим — создание первой Геоэкологической карты Узбекистана. Дана реальная фотография ситуации, связанная как с природными, так и с техногенными процессами. Определялась она по 22 параметрам, включая тяжелые металлы, пестициды, нитраты, фенолы и другие компоненты в воде, почве и растениях. Инициирована эта работа Госкомгеологией Узбекистана, выполнена исследователями “Кизилтепагеологии” и “Узбекгидрогеологии”. Наш собеседник — главный геолог геоэкологической экспедиции Г. ПЕРЕВОЗЧИКОВ.

– Геральд Владимирович, были неожиданности в ходе работы, скажем, на острове Возрождения в Аральском море? О нем ходило и ходит немало слухов.

– Исследователи побывали там в 1993-м. Видели пустые заброшенные строения. Но никаких существенных аномалий по металлам или токсичным элементам не обнаружили. А тревожная информация действительно встречалась и не раз. Изучаем Ташкент, и вдруг на территории бывшего зоопарка в почвах обнаруживаем концентрации мышьяка, десятикратно превышающие предельно допустимые нормы. Можно предположить его происхождение – здесь не раз проводили дезинфекцию и травили грызунов, а мышьяк входил в состав инсектицидов. Еще в одной точке в Ташкенте, где делались замеры, выявили пятидесятикратное превышение свинца в почвах.На карте эти ураганные загрязнения не видны. В миллионном масштабе мы даем общую картину. На благополучном зеленом фоне заметны лишь большие площадные загрязнения. Но в ходе работы по каждому компоненту в отдельности были составлены свои карты. И на каждой в зависимости от превышения нормативов цвета густеют от желтого до ярко-красного. Так, на карте радиоактивного загрязнения выделяется район Янгиабада. Мы изначально предполагали здесь высокие величины, ведь тут находится отработанное месторождение урана. Информация, с которой познакомили местное руководство, многих заставила заволноваться.

Нам были заказаны более детальные исследования. На площади в тридцать квадратных километров мы провели сплошное прослушивание по профилям через каждые двадцать метров. Итогом стала не только локальная карта опасной территории, но и рекомендации по рекультивации земель. Точно так же рекомендациями по рекультивации закончились детальные исследования в Чаркесаре.

Если продолжить тему радиоактивных загрязнений, то на карте явно выделяются районы месторждения Ризак в Ферганской долине и Учкудукского. Тут виноваты отвалы радиоактивной руды. Гораздо благополучней оказалась ситуация в местах применения метода подземного выщелачивания. А новый метод бескислотного выщелачивания, на который перешли предприятия Навоийского горно-металлургического комбината, еще и очищает недра.

Возможно, в будущем какие-то из “пятен” посветлеют. Самые темные пятна и обширные площадные загрязнения на территории Узбекистана сейчас находятся в Приаралье, долинах рек Амударьи и Зарафшана, в районе Мурунтау. Это большие сельскохозяйственные территории, и на них есть свои аномальные зоны. Прежде всего, это брошенные склады сельхозхимии и сельские аэродромы, к которым привязаны загрязнения по пестицидам. На многие из них, “шагая через десять километров”, мы не попали. Тут нужны специальные исследования.

Но картину в значительной мере прояснила еще одна работа, выполняемая геоэкологической экспедицией на освоенных сельскохозяйственных землях республики. Если почвоведы изучают землю, оценивая плодородие, определяют компоненты урожайности – гумус, фосфор, азот, то геоэкологам поручено изучить загрязнения почв пестицидами, инсектицидами, удобрениями, избыток токсичных элементов и недостаток элементов, необходимых для растений. В этом случае наш “шаг” – два-три километра. Эту работу завершим в 2002 году. А затем пройдем по тем же площадям, делая замеры через сотни метров.

В таком крупном масштабе мы уже изучили земли Мингбулака и Ташлака. В этом была настоятельная потребность, вызванная углеводородным загрязнением. В Мингбулаке источником беды стал нефтяной фонтан. Плотно исследовав площадь в десятки гектаров, мы дали рекомендации по рекультивации. Они выполнены и земля уже давно в сельхозобороте. Свои рекомендации мы выдали и для Ташлакского района, почвы которого загрязнены Ферганским нефтеперерабатывающим заводом. Но тут они едва не оказались под сукном, ведь рекультивация и другие природоохранные меры требуют немалых средств. В этом случае помогло выступление “Правды Востока”.

Вопрос рассматривался на уровне заместителя премьер-министра, было принято специальное распоряжение. В соответствии с ним работы по рекультивации сейчас проводит ФНПЗ. Насколько качественно? У геоэкологической экспедиции нет контролирующих функций. Можем провести повторные замеры, если попросят, как было, например, в Янгиабаде. Сюда после проведенной рекультивации снова выезжали наши специалисты. Помогли определить плохо вычищенные участки. Но эта еще более детальная работа зависит от заинтересованности местных руководителей.

– Многие из них не знают всех экологических бед – в этом их слабость. На какой круг специалистов и руководителей рассчитана Геоэкологическая карта Узбекистана?

– Ташкентской картографической фабрике заказано двести экземпляров. В заявке учитывались областные администрации и заинтересованные организации, медицинские учреждения. Возможно, картой заинтересуются и сопредельные страны. Пока мы не знаем спроса, потому тираж, который оплачивает Госкомгеология, ограничен. Но при необходимости карту можно растиражировать.

Информация открыта. Другое дело, что нас беспокоит ее востребованность. Так, в том же Ташлаке страдают от загрязнения многие тысячи людей. Совсем не безобидны аномальные загрязнения мышьяком и свинцом в Ташкенте. Они обязательно должны учитываться при проектировании новых объектов на “густо окрашенной территории”. Пока это только пожелания, решения о проектировании и строительстве принимаются, исходя из других соображений.

Я убежден, что наши карты должны быть широко известны и среди медиков. Необходимо изучить влияние всех геоэкологических аномалий на здоровье людей. На основе наших карт можно провести районирование заболеваний, определить повышенные риски.

Если специалиста интересует информация в “точке”, которую едва видно, можем найти и ее, но уже в компьютере. Скажем, вот точка за номером 0075290, она неподалеку от Каттакурганского водохранилища. Мы имеем полный расклад данных по всем токсичным элементам – стронцию, ванадию, кобальту, меди… Электронная база включает всю собранную нами информацию и пополняется по мере продолжения исследований. Сейчас мы заносим в компьютер информацию по Алтыарыку, где провели замеры через два-три километра. Полную картину по Ферганской долине в том же измерении будем иметь в 2001 году. Скоро завершим электронную карту с точками через 250 метров по Ташкенту.

В свое время во многих странах СНГ работы по геоэкологическому картированию оказались свернуты. В Узбекистане геоэкологическая экспедиция была создана на очень хорошей базе “Краснохолмскгеологии”, ведущей поиск и разведку урановых месторождений, и в начале девяностых активно поучаствовала в разрешении ряда экологических ЧП. Теперь многие понимают важность наших исследований. Конечно, у экспедиции есть немало проблем, в частности, с оснащением современным оборудованием. И все же нам удается главное – накапливать ценную информацию. Следующий шаг должны сделать специалисты и общественность – ее использовать.

Наталия ШУЛЕПИНА
\»Правда Востока\», 28.9.1999г., книга \»Серный рикошет\», 2001г.

Добро пожаловать на канал SREDA.UZ в Telegram

Добавить комментарий Отменить ответ

Ваш e-mail не будет опубликован.

Комментарий

Имя

E-mail

Сайт

 −  7  =  2

Введите код с картинки (CAPTCHA)*

 Notify me when new comments are added.

Получать новые комментарии по электронной почте. Вы можете подписаться без комментирования.

Еще статьи из Экориски