Сегодня сложно представить узбекский дастархан без лимона. Он стал таким же привычным, как и лепёшка. Но ещё полвека назад этот фрукт был в Средней Азии диковинкой. Зайниддин Фахриддинов  основал школу лимоноводства в Узбекистане, навсегда изменив сельское хозяйство региона.

В середине XX века советские учёные были единодушны: выращивать лимоны в Узбекистане — безнадёжная затея. Призванные на помощь индийские селекционеры только подтвердили: экстремальный климат с палящим зноем летом и морозами зимой смертелен для нежных субтропических растений.

Но именно там, где все опускали руки, появился человек, бросивший вызов самой природе. Таким человеком был Зайниддин Фахриддинов — упрямец и визионер, который не просто мечтал, а основал целую школу лимоноводства в Узбекистане, навсегда изменив сельское хозяйство региона.

Будущий известный помолог (специалист, изучающий сорта плодовых и ягодных растений) Зайниддин Фахриддинов родился 8 февраля 1922 году в посёлке Салор Кибрайского района. Это Ташкентский район, славящийся на всю страну своими теплицами.

Жизненные обстоятельства не позволили ему получить даже полноценного среднего образования — после 6 класса он пошел работать. Но именно практика, а не теория, стала его главным университетом. Начав трудовой путь в колхозе в 1938 году, он прошел путь от садовника до руководителя бригады в 1966 году, впитывая знания и наблюдая за капризами природы. С 1988 года до самой смерти он руководил лимонным коллективным хозяйством.

До него многие пытались «приручить» лимон в Узбекистане. В 1949 году со всего мира — из Китая, Италии, Греции — везли элитные саженцы. Но все они погибали, сраженные то палящим зноем, то лютыми морозами. Учёные мужи СССР вынесли вердикт: «Невозможно». Финансирование свернули, экспериментальное поле отдали под более реалистические проекты.

Но Фахриддинов не сдался. Его вера горела так ярко, что он согласился работать за символическую плату — 1 рубль 25 копеек, превратив свой сад в секретную лабораторию. Это история не о деньгах, а о фанатичной преданности своей мечте.

В 1957 году Зайниддин занял денег у друзей на поездку в Грузию и оттуда привёз новые саженцы. Так начался великий эксперимент по акклиматизации цитрусовых в Средней Азии. Чтобы добиться успеха, он стал ломать стереотипы и действовал как настоящий новатор.

Он отказался от привычного метода посадки, когда саженец «сидит» на ровной земле. И начал высаживать деревца в траншеи, что лучше защищало их от ветра и перепадов температур. Он не побоялся создавать смелые гибриды и скрещивал лимоны с чем угодно в поисках морозоустойчивости — от других сортов цитрусовых до хлопчатника и даже черного перца!

Результатом одного из таких экспериментов стал лимон с темным оттенком и легким перцовым привкусом. Этот сорт наиболее популярен во Франции. Сегодня урожай этого вида лимона практически полностью идёт на экспорт в эту страну.

По его советам был модифицирован препарат «Узхитан», который ускорил рост саженцев, полученных из черенков, и укреплял их иммунитет.

Три года шла непрерывная битва. Скептики смеялись, саженцы гибли. Но он не сдавался. И в 1960 году случилось чудо — его деревца дали долгожданный урожай. Пусть первые лимоны и уступали по вкусу грузинским, но это была первая победа. Доказательство того, что невозможное — возможно.

В 1967-м Фахриддинов совершил революцию, создав сорт «Ташкентский» — гибрид китайского «Мейера» и грузинского «Новогрузинского». Это стало абсолютным триумфом: лимоны с ярко-оранжевой кожурой и идеальным кисло-сладким вкусом без горечи. Этот прорыв принёс ему звание Заслуженного агронома Узбекской ССР.

Правда, путь к признанию был непростым. Изначально он давал сортам свои имена («Фахриддинов-1», «Фахриддинов-2»), что вызвало волну зависти и насмешек у его недругов. Они назвали его «селекционером для самого себя», намекая на то, что он работает ради собственного тщеславия, а не для науки. Чтобы замять пересуды о «тщеславии», учёный проявил мудрость и дал сортам нейтральные названия.

Очередные несколько лет очередных экспериментов с сортами греческого «Новоафонский», итальянского «Лиссабон» и «Диоскурия» из Краснодарского края стали для Фахриддинова новым испытанием. Если первую победу признали, то в продолжение успеха опять не верили. Ведь помолог хотел разработать новую технологию выращивания лимонов в условиях закрытого грунта.

Но удача улыбается целеустремлённым. Как результат, в 1970 году был разработан новый сорт «Юбилейный». Через семь лет Фахриддинов стал почётным академиком АН Узбекской ССР.

Растения, как и всё живое на Земле, подвержены болезням. Различные вирусы убивают их и, если не помочь им, то их вид может исчезнуть. Вирус «тристеза» оказался настоящим киллером цитрусовых. Он постоянно мутировал и бороться с ним было очень сложно.

Фахриддинов нашёл гениальное инженерное решение: он привил черенки «Мейера» на дикий цитрусовый кустарник трифолиату. Получившийся гибрид оказался не только морозоустойчивым, но и невосприимчивым к вирусу. Это была третья крупная победа учёного.

Фахриддинов был не только селекционером, но и био-хакером своего времени. Его лимоны ломали стереотипы, потому что они были закалёнными и не боялись 20-градусных морозов. Их называли спринтерами за скорость созревания — за 7 месяцев. Они выглядели экзотичными: в результате смелого скрещивания с чёрным перцем появился гибрид с невероятной кожурой и перцовым привкусом.

В 1970-х Фахриддинов разбил первый промышленный лимонный сад в Кибрае и стал выращивать сорт «Юбилейный» в больших объёмах для насыщения внутреннего спроса.

Заложенные им 50 гектаров и сегодня приносят до 2500 тонн лимонов в год. Его узбекский лимон не спутаешь ни с одним другим: он оранжевый, тонкокожий, невероятно сочный и ароматный.

В 1985 году Ташкент проводил космическую конференцию. Среди гостей был советский космонавт Георгий Гречко. На второй день конференции он опоздал на один приём. Своё опоздание он объяснил, что посетил Ташкентский лимонарий, о котором был наслышан. В книге почетных гостей остались его слова: «В будущем, возможно, на Марсе зацветут яблони, и я уверен, что тогда обязательно будут плодоносить и лимоны, выращенные на земле Узбекистана».

Другой приятный факт. Уроженец Узбекистана, космонавт Владимир Джанибеков брал лимоны Фахриддинова с собой на орбиту. После полёта он подтвердил: благодаря ташкентским лимонам акклиматизация экипажа в невесомости прошла легче и быстрее.

Так узбекский лимон побывал в космосе и помог покорителям Вселенной. Это ли не высшее признание?

Мечту Фахриддинова о лимоне для открытого грунта воплотил его сын, Мухаммадазиз. Он не только вывел морозоустойчивый сорт, но и разработал технологию защиты садов генераторами искусственного тумана.

Выращенный учёным сорт лимона настолько неприхотлив, что его можно посадить в домашних условиях. И вырастет отличный урожай. Ташкентцы не дадут соврать.

В 2006 году узбекские лимоны стали котироваться на мировых рынках и их качеством заинтересовались в Китае. Страна развитых технологий захотела купить права на производство и торговлю сорта «Ташкентский». Этим Китай намеревался победить в конкурентной борьбе с лидерами «лимонного производства»: Индией, Мексикой, Аргентиной и Бразилией.

Говоря языком бизнеса, стартап Фахриддинова выстрелил: если раньше это были скромные 50 гектаров, то сейчас Узбекистан насыщает рынок лимонами — 63 000 тонн в год с плантаций площадью 2300 га! Качество говорит само за себя: экопродукт уходит на экспорт в ЕЭС, США и Японию. Это и есть настоящее международное признание труда Зайниддина Фахриддинова.

Узбекский учёный умер во сне 11 августа 2000 года. Соседи рассказывают, что в день похорон все домашние лимонные деревья склонили свои ветви к земле, выражая тем самым свою скорбь по кончине своего создателя.

Хан НАСРЕДДИНОВ,

Источник — Другая история Узбекистана