Поездка в Аралкумы - вторая в каскаде майских командировок по трем пустыням Узбекистана и Китая. Здесь - продолжение. Начало см. Через три пустыни Узбекистана и Китая, Едем в Кызылкумы, Едем в Кызылкумы-2, Едем в Аралкумы, Едем в Аралкумы-2

Мастера и глобализация

Вот эта деревянная дверь в ограде - знак. Здесь живет мастер. Зовут Онайбеком. Плотничал он и в былые времена, а еще, как все, содержал скот. Теперь считает, что скотину на мясо ему выращивать не с руки, и ее распродал. Зарабатывает ремеслом - продукция нарасхват и в родном поселке Казахдарья, и на рынке в Чимбае.

Перемены для мастера и его семьи начались с объявления проекта "Достижение стабильности экосистем на деградированных землях в Каракалпакстане и пустыне Кызылкум" о поддержке бизнес-планов по развитию альтернативных источников дохода. Мастер размечтался, составил бизнес-план, в котором изложил идею по производству двойных оконных рам. Сейчас в Казахдарье у большинства рамы одинарные. Зимы с уходом Арала стали холодными. Рамы надо менять, а он, мастер, может такие рамы делать: "Требуется оборудование". Мечта сбылась. Необходимое для мастерской оборудование проект предоставил. Теперь мужчины семьи заняты настоящим мужским делом.

Мы заходим в мастерскую, и нам его демонстрируют. А дочке и внучке мастер подсказывает развернуть их продукцию, мол, полюбуйтесь, гости дорогие, и посматривает с хитрецой на сотрудников проекта: "Надо бы еще один семейный бизнес-план поддержать. Им бы хорошую швейную машину, как соседке Тозагуль..."

История соседки такова. Она написала бизнес-план по швейному делу. Сотрудники проекта его рассмотрели, одобрили. И теперь соседка Тозагуль на немецкой швейной машинке, с оверлоком и современным утюгом чудеса творит и молодых учит.

Но кто не успел, тот опоздал. Финансирование бизнес-планов в рамках проекта завершено. Важно то, что люди задумались, что они могут, какое новое занятие способно принести им доход. В конце концов мастер-плотник Онайбек на швейную машинку для дочки и внучки сам заработает. Ему удивительно, что у них получается на дедовском "хламе".


.





Что думают о грядущем стар и млад? Наш давний знакомый Уракпай советует дойти до дома, где гуляет свадьба. "Музыка гремит, значит, в разгаре. Там многие собрались, кого хотите, расспросите".

Прислушиваемся к музыке и не сомневаемся, что живем в век глобализации. Пляшут во дворе под развеселую украинскую "Ты ж меня пидманула, ты ж меня пидвила!". Впрочем, у приглашенных чимбайских музыкантов репертуар включает и песни дальнего зарубежья, и узбекские, и каракалпакские. А женщины, когда прошу их спеть любимую, поют про рыбачку, которая ждет своего рыбака с бурного Арала.

Малышне не понять, почему загрустили взрослые. О море в поселке напоминает разве что старый баркас на берегу речки Казахдарьи. Еще дети слышали о том, что по Казахдарье плавали на таких баркасах до Жылтырбасского залива. Слышали и о больших городах Нукусе и Ташкенте.

Захотят ли, когда вырастут, уехать из родных мест за тридевять земель? Впрочем, этот вопрос не к ним, а к нам, взрослым. Их ответ зависит от того, какие создадим условия жизни.

Наталия ШУЛЕПИНА
SREDA.UZ, 14.6.2012г.

Продолжение серии "Через три пустыни Узбекистана и Китая" см. Едем в пустыню Чифенга