АВТОПРОБЕГ В АЗИЮ ИЗ ПИТЕРА В 1976 ГОДУ

АВТОПРОБЕГ В АЗИЮ ИЗ ПИТЕРА В 1976 ГОДУC давних пор меня влекла Средняя Азия. Изначальные представления о том, что кроется за этой парой слов, были традиционно банальны: пустыни и горы, шашлыки и арбузы, тюбетейки и халаты – такие немудрёные ассоциации возникали. Побывать хотелось в самом её сердце. Вот и зародилась идея «ударить автопробегом» по этим пока загадочным для нас местам.
АВТОПРОБЕГ В АЗИЮ ИЗ ПИТЕРА В 1976 ГОДУ C давних пор меня влекла Средняя Азия. Изначальные представления о том, что кроется за этой парой слов, были традиционно банальны: пустыни и горы, шашлыки и арбузы, тюбетейки и халаты – такие немудрёные ассоциации возникали. Побывать хотелось в самом её сердце. Вот и зародилась идея «ударить автопробегом» по этим пока загадочным для нас местам.

А ведь я уже соприкасался с этим огромным регионом, бывшим в те далёкие времена неотъемлемой частью Союза. Первое знакомство случилось в 1943 году, когда я, пятилетний мальчишка, эвакуированный из блокадного АВТОПРОБЕГ В АЗИЮ ИЗ ПИТЕРА В 1976 ГОДУЛенинграда, оказался в казахском Семипалатинске. Затем уже в 1957-м участвовал в уборке целинного урожая в Кокчетавской области Казахстана. Но Казахстан — это преддверие Средней Азии, а побывать хотелось в самом её сердце.

Мы — в середине 70-х годов прошлого века ещё относительно молодые ленинградские инженеры. В 1975-м я и мой товарищ Кирилл Думский сумели обзавестись новенькими ВАЗ-2102. Понимая серьёзность затеи, приступили к ее подготовке по нескольким направлениям: разработка маршрута, карты, описания и материально-техническое обеспечение (запчасти, самый разный инструмент, палатка, портативные газовые плиты). Но вот сборы закончены, в городском туристском клубе получены маршрутные книжки и 18 сентября 1976 г. наша четвёрка на двух упомянутых авто, украшенных красочными надписями «Автопробег Ленинград – Средняя Азия» и доверху загруженных нашей амуницией, покинула родной Питер.

Путь пролегал через Москву, Рязань, Куйбышев, Уральск, Актюбинск. С Актюбинска и начиналась для нас собственно Азия. Отсюда, круто свернув на юг, мы двинулись в направлении Аральска. С этого момента на несколько дней пришлось забыть о таких понятиях как асфальт. Ехать пришлось по колеям, накатанным грузовиками, множество которых летом отправлялись на целину. Но то летом, а в конце сентября мы были здесь в полном одиночестве.

АВТОПРОБЕГ В АЗИЮ ИЗ ПИТЕРА В 1976 ГОДУКазахстанские степи, несмотря на однообразие, завораживали своей безбрежностью, первозданностью, почти полным отсутствием следов человеческой деятельности. Но они не были безжизненны: в небе парили птицы, на земле проскальзывали ящерицы, суетились какие-то сусликоподобные зверушки. Вероятно, именно их выискивали часто попадающиеся на глаза степные лисы – корсаки. Повезло нам несколько раз увидеть стада красавцев сайгаков. А в один из вечеров, когда решили расположиться на ночлег, судя по всему, на чьей-то бывшей стоянке, нам открылась страшная картина: чуть в стороне от колеи лежало несколько отрубленных голов сайгаков. Их широко открытые мёртвые глаза, казалось, с укором смотрели на людей. Подавленные увиденным, мы сменили место ночлега.

На второй или третий день нашей степной одиссеи нагнали компанию из четырех узбеков. Они стояли вокруг купленных в Тольятти и перегоняемых автомобилей и о чём-то горячо спорили. Они стояли там, где колеи разбегались в трёх направлениях. Естественно ни указателей, ни хотя бы камня с надписью «Пойдёшь налево …», не было, и ребята не знали, куда им двигаться далее, чтобы попасть в родной Узбекистан.

В отличие от них мы были подготовлены лучше – имели компас, карту. Колеи на ней, конечно, не нанесены, но общее направление на Арал просматривалось. Дальше двинулись «караваном»: я – ведущий, за мной строем перегонщики, замыкающий — Кирилл. Через несколько часов вышли к реке Иргиз, за которой просматривался одноимённый посёлок. Вздохнули с облегчением: значит, идём правильно. Но моста через реку не оказалось, только брод, которым и решили воспользоваться.

Я удачно проскочил (правда, зачерпнув воды в салон), двое, идущих за мной, тоже, но третий заглох прямо на середине реки. Пришлось всем спешиться, раздеться и, забравшись в прохладные воды Иргиза, выталкивать бедолагу на берег.

К концу следующего дня мы увидели Арал. Решили переночевать и отдышаться. Дальше уже начиналась дорога — плохонькая побитая гравийка, но всё ж дорога, на которой не заблудишься. Наши попутчики, поблагодарив нас за компанию, двинулись дальше самостоятельно, а мы разбили свой маленький лагерь невдалеке от посёлка на берегу того, что когда-то называлось морем, а теперь, погубленное людьми, напоминало большую лужу.

АВТОПРОБЕГ В АЗИЮ ИЗ ПИТЕРА В 1976 ГОДУЗдесь нам довелось стать свидетелями зрелища, вероятно, обыденного для местных и совершенно неожиданного для нас. Когда солнце почти коснулось своим краешком горизонта, мы услышали многоголосое блеяние и посмотрели в степь, откуда оно доносилось. То, что мы увидели, запомнилось надолго: из степи тремя довольно чёткими колоннами, не смешиваясь друг с другом, двигались отара овец, табун лошадей и стадо верблюдов. Это, можно сказать, хорошо организованное шествие при полном отсутствии пастухов, табунщиков и т.п. двигалось по направлению к посёлку.

Дальнейший наш маршрут проходил через Кзыл-Орду (вдоль границ знаменитого космодрома, мимо закрытого Ленинска), Чимкент, Джамбул до Алма-Аты, куда мы прибыли на девятый день пути. Здесь нас ждал двухдневный отдых в роскошном (по меркам тех времени и места) отеле Медео. Осмотрев это по-своему уникальное место и саму столицу Казахстана, отдав в полной мере дань знаменитым алмаатинским апортам, двинулись в обратном направлении – на запад и вскоре уже были во Фрунзе (сейчас — Бишкек).

Найти пристанище для ночлега в этом симпатичном городе не удалось, и, посоветовавшись с аборигенами, мы двинулись в сторону гор, как казалось, совсем близко подступавших к городу. Но «близко» только казалось, и, учитывая, что дорога к горам была отнюдь не шоссе, добрались до них в уже сгустившихся сумерках. У въезда в ущелье, в которое втягивалась наша дорога, я заметил какой-то щит с надписью на нём, но изучать не было времени.

Мы торопились найти подходящее для ночлега место. Дорога так круто пошла на подъём, что вскоре я мог двигаться только с черепашьей скоростью на первой передаче, видя перед собой лишь яркие звёзды на уже почерневшем небе. Слева по ходу был обрыв, судя по шуму, к реке, справа – скала. О том, чтобы развернуться и, тем более вернуться на равнину задним ходом, не могло быть и речи.

К счастью, уклон дороги уменьшился, скалы отступили, и в свете фар неожиданно открылась относительно просторная площадка, заставленная деревянными домиками. Вышли, осмотрелись, поняли, что попали в чью-то базу отдыха, пустующую в данный момент. Не было ни души, в том числе, и какой-либо охраны. На дверях домиков не было замков – закрыты с помощью гвоздей, извлечь которые нам не составило труда. В общем, «приватизировав» один из домиков, затащили в него наши походные постели и провиант, обеспечив себе вполне комфортный ночлег с ужином и выпивкой при свечах. Потом с фонариками в руках ещё с полчаса погуляли по окрестностям лагеря. Утром, выезжая из ущелья при свете дня, я оглянулся на тот самый щит и прочёл: «Осторожно! В Волчьм ущелье снежные барсы!» Подумалось, хорошо, что не прочли это вечером перед нашей ночной прогулкой.

АВТОПРОБЕГ В АЗИЮ ИЗ ПИТЕРА В 1976 ГОДУ Покинув Фрунзе, мы вышли на незадолго до этого открытую и широко разрекламированную высокогорную трассу Фрунзе – Ош – Хорог, изначально планируя добраться по ней до Оша, откуда открывалась дорога в Ферганскую долину. А это уже Узбекистан — главная цель нашего пробега. Но до Оша мы не доехали: покопавшись в картах, поняли, что где-то в этом регионе находятся Тяньшанские столбы. Сошли с трассы на просёлок и, изрядно покрутив по пыльному серпантину, спустились в долину горной речки и сразу же их увидели – столбы смотрели на нас с другого берега. Зрелище впечатляющее.

Разбили свой немудрёный бивак, побродили в округе, заночевали. А утром, когда уже сворачивали лагерь, стали свидетелями интересного события. Сверху с горных пастбищ спускались на зимовку огромные отары. Они появились из-за гребня и как лава поползли вниз по отлогому склону к реке. Но метрах в двадцати от воды склон заканчивался практически вертикальным обрывом высотой метра в два. Когда передовые шеренги овец достигли обрыва, они начали тормозить, упираясь в землю всеми четырьмя лапами. Задние наседали, стояло отчаянное блеяние. Мы с интересом ожидали, чем всё это закончится. И вдруг, расталкивая овец, на кромке обрыва появился козел.

Чуточку помедлив, он грациозно прыгнул, приземлился на четыре ноги и направился к воде. Овцы последовали его примеру, правда, не так изящно: многие падали друг на друга, но поднимались и бежали к водопою. Когда вся отара растянулась вдоль реки, никто не остался лежать под обрывом.

Первым узбекским городом для нас стал Андижан. Здесь нас ожидали две встречи. Одна из них — с ленинградцами, сидящими в долгой командировке на гидролизном заводе — была запланирована и состоялась в местной гостинице. Вторая оказалась неожиданной и приятной. Когда мы, покинув гостиницу, подходили к своим машинам, кто-то окликнул меня по имени. Через улицу к нам бежал узбек, в котором мы узнали одного из наших степных попутчиков. Он был в страшном возбуждении. Велев нам не уезжать, ненадолго исчез куда-то, но вскоре вернулся с другим попутчиком и коробкой фруктов, которую мы с удовольствием приняли.

Потом были Фергана, Коканд, после чего наш путь лежал на Ташкент. Однако, прежде, чем мы в него попали, случились непредвиденные события и встречи. На небольшом участке нашего маршрута, проходящем по территории Таджикистана, был замечен в относительной близости от шоссе некий крупный водоём. Безоблачное тёплое утро обещало по-настоящему знойный день, и вода манила к себе. Решив сделать короткий привал и окунуться, свернули на колею, ведущую к водоёму, и покатили к нему по гладкому такыру. Наивные, мы ещё не знали его коварства. Но уже совсем скоро познакомились с ним достаточно близко.

АВТОПРОБЕГ В АЗИЮ ИЗ ПИТЕРА В 1976 ГОДУВначале машина бежала резво, будто по бетонке, но вскоре я ощутил нарастающее сопротивление. Последовали переключения передач – третья, вторая и, наконец, несколько метров на первой – и встали. Колёса чуть ли не по ось ушли в глину. Пока я с ужасом созерцал это, машина полностью легла на брюхо. Нечего было и думать о том, чтобы двинуться самостоятельно. К счастью, у Кирилла хватило мудрости, двигаясь за мной, держать дистанцию, и когда он заметил, что я увязаю, круто развернулся и отъехал метров пятьдесят назад, где такыр ещё держал машину.

Осмотревшись, увидели, что в нескольких сотнях метров в водоём (как выяснилось позже, это было Кайраккумское водохранилище) впадает (или вытекает?) канал, окаймлённый сложенной из камней дамбой. Это и выручило нас. Полностью разгрузив обе машины, стали подвозить на второй, а затем подтаскивать камни, из которых выложили опоры под домкраты. Опуская подробности, скажу, что продолжалось это часов пять. Утро давно перешло в жаркий полдень. Мы буквально валились с ног. Когда всё же удалось тронуться с места, подъехали к дамбе, чтобы помыться, и увидели в её конце будку. Рядом с ней за столиком сидели трое ребят и попивали вино. Помахали нам, приглашая присоединиться, и мы не отказались. Познакомились и долго сидели вместе. Двигаться дальше по плану не было сил.

АВТОПРОБЕГ В АЗИЮ ИЗ ПИТЕРА В 1976 ГОДУВ итоге заночевали в доме одного из новых знакомых – Икрома, молодого главы большого семейства. Было очень интересно увидеть местный быт изнутри. Приняты мы были очень радушно, со всяческими почестями. В огромном казане хозяева приготовили плов, угощали другими восточными яствами. Из стенной ниши были извлечены и расстелены на полу многочисленные одеяла. Мы узнали, что такое курпача. Обратили внимание на то, что подносящая нам плов жена Икрома, сама за стол (правда, стола в нашем понимании и не было) с нами не садится. Единственная наша дама – санинструктор пробега (и по совместительству в те времена моя жена Наталья) пыталась вступиться за равноправие женщин Востока, но безуспешно – ей напомнили о неуместности «своего устава в чужом монастыре».

В Ташкент мы прибыли с отставанием от графика на сутки. О, Ташкент! О нём мы много слышали и читали, но он превзошёл наши ожидания. Как птица Феникс из пепла, поднялся он после землетрясения 1966 года и превратился в огромный современный город, сохранивший свою индивидуальность и колорит Востока. Многих, в том числе ленинградцев, поддержал он и обогрел в годы войны. Многие из них не покинули этот тёплый город и после её окончания. Одна из таких семей и приняла нас в Ташкенте. Прожив здесь более 30 лет, эти люди впитали традиции местного гостеприимства. В общем, приняты мы были по высшему разряду: наши авто разместились в гаражах (по три замка на каждом), сами мы – в квартире этих малознакомых нам людей. Благодаря хозяйке дома АВТОПРОБЕГ В АЗИЮ ИЗ ПИТЕРА В 1976 ГОДУхорошо изучили местную кулинарию (разнообразные пловы, шашлыки, лагманы и т.д.), некоторые рецепты увезли с собой.

За три проведённых в городе дня осмотрели его досконально. Помимо остального, произвёл впечатление открытый незадолго до этого памятник событиям, связанным с упомянутым землетрясением. Распрощавшись с гостеприимным Ташкентом, двинулись на запад. Впереди нас ждали жемчужины Узбекистана (да и всей Средней Азии) — Самарканд, Бухара, Хива.

Первым на нашем пути стал Самарканд, в который мы въехали со стороны ансамбля мавзолеев Шах-и-Зинда. Ни на что непохожее замечательное творение. Затем были мавзолеи и мечети Гур-Эмир, Биби-Ханым, величественный комлекс Регистан, обсерватория Улугбека. Вероятно, нет смысла останавливаться на описании достоинств этих шедевров зодчества – об этом рассказывают многие книги. Скажу лишь о наших впечатлениях от увиденного: мы побывали в сказке! Потом была Бухара – поистине город-музей с цитаделью Арк, гигантом-минаретом Калян, огромным Кош-медресе, неповторимыми торговыми куполами. А расположенный неподалёку от города терракотовый мавзолей Исмаила Самани, украшенный тончайшими узорами, не случайно находится под охраной ЮНЕСКО.

АВТОПРОБЕГ В АЗИЮ ИЗ ПИТЕРА В 1976 ГОДУВ стороне от нашего маршрута оказалась Хива. Но быть в Узбекистане и не увидеть Хиву – это нонсенс. Поэтому, оставив своих железных коней под чьим-то присмотром в Бухаре, мы рано утром вылетели в Ургенч, а оттуда и до Хивы рукой подать. Этот миниатюрный городок, бывшая столица Хивинского ханства, благодаря обилию своих достопримечательностей тоже заслуженно может быть назван музеем под открытым небом. Провели здесь весь день, а вечером самолетом вернулись в Бухару. На следующий день мы уже прощались с полным чудес Узбекистаном, переправившись (не без происшествий) на пароме через Амударью. Мы сошли на её левый туркменский берег и двинулись далее на запад.

Сразу на выезде из Чарджоу нас встретили Каракумы. Далее с пустыней мы почти не расставались до самого конца нашего пребывания в Азии. В первый же наш туркменский вечер нанесли визит в отделение Института пустынь в Репетеке. Поводом стал вопрос: «Где мы могли бы познакомиться с эфой?» Но больше нас АВТОПРОБЕГ В АЗИЮ ИЗ ПИТЕРА В 1976 ГОДУинтересовало, где бы могли пристроиться на ночлег. Получился полный отлуп: «Эфа – змеюга редкая и лучше бы вам с ней не встречаться, больно уж ядовита. А ночлег… Мы бы рады, да как назло приехали американцы, так что, извините, не до вас».

Узнав, куда мы собираемся дальше, работники института очень удивились. Но кое-что полезное мы от учёных узнали, и запасы воды пополнили. Впереди нас ждал, вероятно, самый проблемный и, возможно, опасный участок пути. Дело в том, что шоссе Ашхабад – Чарджоу, строящееся с обоих концов, немного не дотянули до стыковки – осталось всего 45 км. Но каких! Это была самая что ни на есть пустыня, то есть пески с 3-5 метровыми барханами, редкой порослью саксаулов и песчаной акации. Фауна тоже впечатляла: 23 вида змей, скорпионы, фаланги, тарантулы.

АВТОПРОБЕГ В АЗИЮ ИЗ ПИТЕРА В 1976 ГОДУПокинув учёных, мы проехали ещё несколько километров на запад, до места, где оборванная дорога упёрлась в пески. Здесь и заночевали. Не скажу, что сон наш был спокоен. Этому мешали мысли об упомянутой фауне и сомнения по поводу предстоящего форсирования пустыни. Но выбора не было, ведь возвращение по той же дороге, что мы прибыли, это минимум недели две пути. Время поджимало: собранные вместе отпуска, отгулы и т.д. подходили к концу. Решили трогаться с рассветом, когда влажный от ночной росы песок плотнее. Снизили давление в колёсах до 1,5 атм., сверили компасы, выставили счётчики спидометров на 0. И тронулись.

Я впереди, Кирилл — в полусотне метров за мной. Но уехали недалеко: через полтора километра я безнадёжно застрял, вторая машина так же. Выручил нас брезент, предусмотрительно заготовленный нами ещё в Ленинграде: штурман пробега, майор Саша Потехин раздобыл чехол от ракеты, разрезав который, мы получили два 6-метровых полотнища шириной по два метра. Теперь, поочерёдно подкладывая их под задние колёса, продвигаясь назад на их длину.

Так мы вытащили одну за другой обе машины к тому месту, с которого несколько часов назад ринулись в пески. Стояли в невесёлом раздумье, когда вдруг с южного направления появился грузовик. Шофёр вылез из кабины, подивился на нас и дал ценные советы: во-первых, ещё больше снизить давление в шинах, во-вторых, продвинуться километра на два южнее, туда, где проходит железная дорога и телеграфная линия вдоль неё. Верхушки столбов над барханами должны послужить нам путеводной нитью, без которой можно сбиться с пути и погрязнуть в песках.

АВТОПРОБЕГ В АЗИЮ ИЗ ПИТЕРА В 1976 ГОДУМы выполнили его указания и часа через три, форсировав пески, вышли на асфальт. Все эти три часа шли на первой, изредка – на второй передачах под надсадный вой двигателей. Лавируя между барханами, влетая на их пологие склоны, затем проваливаясь, старались не упускать из вида спасательные телеграфные столбы. Несколько раз, влетая на полянки между барханами, мы успевали заметить целые компании неведомых нам зверушек, похожих на тушканчиков, сусликов или нечто подобное. Рассмотреть их, тем более остановиться, не было никакой возможности. Позже, специально посетив зоопарк в Ашхабаде, мы вновь увидели их и узнали, что это были песчанки. Оказавшись, наконец, на асфальте, часа два мы приводили в порядок раскиданную по салону поклажу и выгребали песок, которого оказалось полно и в салоне, и в багажнике, и под капотом.

На следующий день были уже в Ашхабаде. Окружённый пустыней город, построенный практически заново после катастрофического землетрясения 1948 года, приятно удивил обилием зелени, множеством фонтанов, своеобразной архитектурой. Пробыв здесь всего один день, мы продолжили путь к берегам Каспия. На этом последнем отрезке АВТОПРОБЕГ В АЗИЮ ИЗ ПИТЕРА В 1976 ГОДУмаршрута самым примечательным было посещение известной Бахарденской пещеры с её тёплым подземным озером Коу. Спустившись по полуразвалившемуся трапу на глубину 70 метров, мы оказались на миниатюрном галечном пляжике, рядом с которым на воде болтался спасательный круг.

Закрепив на круге свои фонарики и держась за него, мы отчалили и поплыли в кромешную тьму пещеры. Вскоре лучи наших «фар» высветили нечто вроде торчащего из воды рифа. Подплыли к нему вплотную. Я уже протянул руку, чтобы зацепиться за камень, но тут же её отдёрнул: поверхность скалы от самой кромки воды буквально кишела какими-то бурыми насекомыми, похожими на клопов, но размерами не менее, чем с гривенник. От высадки на риф пришлось отказаться, и вообще захотелось поскорее выбраться из пещеры на свет божий. Много позже я услышал от товарища — уроженца Ташкента и знатока этих мест Сергея Азадова, что встретились нам тогда всего лишь невинные крабики – обитатели подземных вод.

Двигаясь от пещеры по просёлку к шоссе, мы сделали короткую остановку у полевого стана бахчеводов – молодых туркменов, щедро одаривших нас классными арбузами, некоторые из которых доехали аж до Ленинграда. Ещё день пути, последний походный азиатский ночлег, и мы на берегу Каспия в Красноводске. А там – паром до Баку и длинная дорога домой, куда мы прибыли 24 октября на 36-й день пробега, намотав на колёса около 13000 километров.

Прошло немало лет с той славной поры. Многое изменилось в мире – не стало Союза, братские республики разбежались по отдельным национальным квартирам. Не знаю, как бы нас встретили сейчас хозяева тех мест, в которых мы побывали, но из того далёкого 1976 года запомнились лишь доброта и гостеприимство встреченных людей.

АВТОПРОБЕГ В АЗИЮ ИЗ ПИТЕРА В 1976 ГОДУМного у меня было потом других путей-дорог по разным странам и континентам: Камчатка и Приморье, Карпаты и Прибалтика, Кавказ и Крым, джунгли Венесуэлы и африканские саванны, Австралия, Скалистые горы США и 1000 островов Канады… Но всё это не стёрло из памяти замечательный среднеазиатский автопробег.

Константин РИШЕС
sreda.uz, 16.12.2012г.


Добро пожаловать на канал SREDA.UZ в Telegram


0 комментариев на «“АВТОПРОБЕГ В АЗИЮ ИЗ ПИТЕРА В 1976 ГОДУ”»

  1. турист:

    С большим удовольствием читал заметки про Азию Константина. Сколько событий за путешествие! Какая поддержка людей в разных ситуациях! Понимаю сейчас, что самое большое богатство страны было в людях.

  2. Bulat:

    Опасное путешествие!Но продуманность всех ситуаций привела к благополучному исходу дела!Радует отношение к туристам местных жителей!

  3. Californian girl:

    Очень красочное и занимательное описание! В современный век технологическая оснащенность, казалось бы, должна мотивировать покорение подобных маршрутов. Сомневаюсь, однако, что кто-либо из моих знакомых отважится на подобное приключение

  4. Александр:

    Отчаянные ребята отправились в путешествие через пять государств (Казахстан, Киргизия, Узбекистан, Таджикистан, Азербайджан) без полного привода, без кондиционера и без описания маршрута.Везде их доброжелательно встречали местные жители. В наше время такое не возможно.

  5. Iakov:

    5 написал: Яков

    Очень интересное описание путешествия, места сказочно красивые, но боюсь в настоящее время такое путешествие просто невозможно.

  6. Анатолий Буровцев:

    написана хорошо,прочитал с интересом, вспомнились собственные студ. годы и работа на целине в 1956 в той же Кокчетавской обл и 6-ой бригаде, только район был Рузаевский, с-з Володарский. Потом бывал туристом в Ташкенте, Самарканде и др городах, почти как в рассказе-удивительные места, приветливые люди. Спасибо сайту, редактору Шулепиной и автору Ришесу. 78

  7. bulat:

    Экстремальность путешествия вызывает восхищение ,а путешественники -уважения!Риск был достаточно велик.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Еще статьи из Экотуризм

Партнеры